Лирика

Кому-то не удалось пережить этот день. Как бы то ни было трагично, но всё же нам приходится встречаться со смертью настолько часто, что уже давно стоило бы принять это как должное. Речь сейчас даже не о физической, нет.  Смерть духовная. Когда твое тело просто движется, повинуясь давно привычным инстинктам. Как кома. Кома твоего сознания, когда голова настолько пуста, что каждая, пусть даже самая тихая мысль разразится внутри пробуждающим эхом.  Сколько таких людей можно встретить на улице, просто...

Есть в моем городе улица…. Нет, не так: Улица. Проспект чего-то там. Три полосы в одну сторону, три в другую. Коротенький такой проспект между двумя площадями, протяженностью всего чуть больше километра. Чем он примечателен? Да ничем. Абсолютно. Просто так сложилось, что если я иду домой от метро, а это бывает достаточно редко, То иду как раз по этому проспекту. С той стороны, где он идет вплотную к парку, и можно идти по искусственной насыпи, смотря на проезжающие мимо автомобили.  Здесь почти никто не ходит...

Я не верю в судьбу.  Люди сами выбирают, как им поступить. Из-за действий других людей тоже происходят какие-то события. Люди совершают что-то по своей воле, сами контролируя свое тело.  Почему люди считают, что какое-то событие произошло «по воле судьбы»? Так ли нужна нам судьба?  Я не верю в удачу.  Люди думают, что им когда-нибудь повезет: встретят любимого человека, выиграют в лотерею, начальник их наконец-то заметит. Они надеются на целую кучу случайных вещей. Они считают, что не в силах сделать что-либо самостоятельно, не уповая на случайность...

А потом ты остаёшься один на один с собой и думаешь, что все потерял, снова.  Понимаешь, что снова придётся строить свой маленький внутренний мир, аккуратно, не делая лишнего.  Прислушайся, слышишь звон стекла внутри себя? Это падает и разбивается об пол твой внутренний мир. А кто в этом виноват? Ты сам, это тяжело признать, но надо.  Наберись сил и встань на ноги, вытри слезы, сделай шаг вперёд...

Знаете, такое утро, которое заливает ноги цементом и забрасывает на дно без возможности вынырнуть. Я бы сказала, что оно как мафиози с классным хриплым голосом. Но, зная мою жизнь, это, скорее, какой-нибудь затрапезный эксгибиционист в старом пальтишке. На котором еще пятно от маминого супа.  Это утро пихает мне в руки какие-то тяжелые грузы, равнодушно плюет на мое непонимающее лицо и указывает пальцем в неизвестном направлении. Типа: «Как хочешь, так и добирайся». А я и добираюсь. Не то, чтобы хочу, но что еще мне делать...

Привет, читатель. Сегодня я хочу показать тебе кое-что особенное. Ты готов прислушаться?  Тсс. Слышишь, как в тишине шуршит едва слышный шум? Это шелестит, стараясь не мешать тебе, твой компьютер. Гудят кулеры глубоко внутри него, а он сияет голубоватым свечением, освещая твое лицо в полумраке комнаты.  А тихий-тихий потрескивающий гул ты слышишь? Это гудит ток, который бежит по проводам твоих зарядных устройств, подпитывает энергией телефоны и ноутбуки. Если уж совсем хорошо прислушаешься,...

Каждое утро я завариваю себе кофе и пару минут смотрю вглубь чашки, пытаясь прийти в себя. Почему-то сегодня на ум мне приходит странное воспоминание. В далеком-далеком детстве мама готовила мне "буквенный суп". Весь алфавит в тарелке с куриным бульоном.  Сейчас я понимаю, что варюсь в этом, нахожусь в "своей тарелке". Просыпаюсь, чтобы делиться своими мыслями с вами. Представляю, как фразы в моей голове, словно клетки, расщепляются и разносятся в ваши черепные коробки, попадая через уши, рот, легкие в самые глубины сознания...

В комнате стоит нестерпимый запах прощания. Хлопок двери все еще эхом отдается в ушах, прорезая звенящую тишину. Только что касаешься волос, руки в замок сцепив. Кричишь, не разжимая губ. Прижимаешься так, что ближе уже некуда, а хочется еще, лишь бы ни шагу к выходу.    И вот уже сидишь босиком на холодном полу, зажав руками рот. И все вокруг — попрощавшийся, да только ничто из этого —не он. И никто — не он. Теперь только в каждом метре этого здания его часть, в каждом месте этого города — его фантом...

Знаете, в жизни очень полезен баланс. Баланс между чувствами и разумом, баланс между альтруизмом и эгоизмом, баланс между трудолюбием и умением отдыхать. Да даже между правдой и ложью нужен баланс, ибо, будем честными, порою всё-таки лучше сладкая ложь, чем не то что горькая, а даже выжигающая правда. Конечно, лучше делать так, чтобы и лгать не приходилось, но это уже другой вопрос... Разумеется, идеал недостижим. Абсолютный баланс невозможен, как невозможна утопия. Но разве это повод складывать руки и отдаваться на поруку всем четырем ветрам? Идеалы — это маяки, которые нас ведут по жизни...

Языки пламени бликовали на седом снегу. Сухой треск пожираемых костром веток эхом разносился по ночному лесу, отражаясь от молчаливых деревьев. Вверху — ни луны, ни звёзд, ни неба. Лишь неощутимый звон чернильной пустоты, исходящей колким алмазным крошевом. Онемевшие руки, ведомые желанием ощутить тепло, тянутся к огню. Огонь, словно почувствовав, как будто потянулся навстречу, но, через секунду разрушив наваждение, продолжил свою безумную пляску на костях мёртвых деревьев. Холодно. В этом лесу всегда холодно, всегда темно, а к этой поляне не ведут ничьи следы...

Маленькие и большие, белые и черные, тонкие и общипанные, как у воробья, и широкие , как у орла, — они появляются всегда, даже когда человек этого не ждет. Можно идти по улице и встретить сердитого коршуна, громко ворчащего на кого-то по телефону и каждую секунду гневно изучающего стрелки циферблата. Или столкнуться с прекрасным лебедем, аккуратно перепрыгивающим осенние лужи. Дятлы-одногруппники, утки-коллеги, сонные совы и бодрые жаворонки — в наших душах живут птицы, вылетающие оттуда, как из клетки, желая показать себя всему миру...

Холодные капельки воды будто по мановению рук волшебника застыли в воздухе, образуя непроглядную пелену, закрывающую вид на городские высотки, и лишь яркие огни неоновых вывесок всё ещё горят в непроглядной серой пустоте. Солнце уже давно зашло за горизонт. Нет ни одного освещённого изнутри окна. Все уже как несколько часов бороздят просторы царства Морфея. Но только не я. Я одиноко стою на крыше одной из многоэтажек, вглядываясь в такое яркое, но в то же время такое серое и скучное одеяло, укрывшее городские улицы и крыши домов...