Иван Виноградов-Ивановский

К заметке Алексея Чадаева. Я вот сейчас пишу диссертацию о том, что GUI-first-подход спасёт мир: когда вначале мы определяем визуально-интерактивный интерфейс — что в каком виде хотим видеть и какими кнопочками-ползунками-рычажками на это воздействовать — а на основе этого проектируем всю остальную техническую (для государства институциональную) часть системы. Уважаемое начальство, например, может иметь сложившуюся за годы и десятилетия привычку-традицию воспринимать информацию в таком-то виде, таком-то формате. А этот формат может не учитывать некоторые важные нюансы (как, например, табличный вид данных не всегда наглядно передаёт то, что мы увидим, если отобразим те же самые данные на графике, на диаграмме). Таким образом, одна из главных когнитивных задач, которые я вижу — постепенно переходить на новый язык обмена информацией, более визуализированный, более наглядный и точный.

У некоторой части нашего общества (которую я называю «садомазохистски настроенной») бывают нервные, болезненные, агрессивные реакции на слова «комфорт», «удобство», «приятность» — как будто эти слова априори означают предательство традиционных ценностей, отказ от заветов предков, эксплуатацию и паразитирование, измену Родине. Истоки этого терминологического неприятия, как обычно, в грузе ассоциаций с негативным опытом, в глубоких исторических психотравмах нашего народа... Поясняю. Я использую слово «комфорт» и другие подобные слова не только в «западном», «мещанском», «буржуазном» понимании (хотя в нём тоже), но и в широком смысле. Комфорт — это когда человеку, в целом, субъективно хорошо. Когда он доволен, удовлетворён. Физически, эмоционально, экзистенциально, идейно — зависит от его личных предпочтений, как именно. «Хорошо» — это тоже понятие весьма широкое. Разумный, системно мыслящий человек осознаёт, что процветание родной страны — залог полноценного личного комфорта. Поэтому эгоизм, гедонизм и прочая «жизнь для себя» — не содержат в себе принципиальных идеологических противоречий патриотизму, а могут даже быть его причиной. Есть и духовный комфорт — для тех, кто оперирует понятиями духовного. Что такое «спасение», «рай», «близость к Богу», «единение с Богом», как не абсолютный, вечный, идеальный духовный комфорт? Слово «комфорт» удобно мне своей человекоцентричностью: оно смещает фокус внимания с каких-то абстрактных критериев хорошести на то, что чувствует сам человек — хорошо ему или нет. А то человека часто спрашивают в последнюю очередь, чего он сам хочет и как себя чувствует 😏 Есть ещё хорошее русское слово «счастье». - Чем занимается ваш институт? - Как и вся наука, счастьем человеческим! Братья Стругацкие, «Понедельник начинается в субботу». Но счастье — состояние продолжительное. А комфорт — более локальная характеристика момента.

Замечено, что иногда на «эгоизм» других жалуются те, кто хотел бы от этих других что-то получить, к чему-то их принудить.

Некоторые пояснения о моей картине мира для лучшего понимания предыдущих и последующих моих текстов, выступлений: ✅ Я для себя являюсь единственным мерилом всего, потому что на мир могу смотреть только изнутри себя. Доступная мне информация — это то, что я вижу, чувствую, воспринимаю, сам проверяю. Окружающий мир познаю через наблюдение и взаимодействие. ✅ Опытным путём я установил взаимозависимость между собой и миром, собой и другими людьми. И пришёл к выводу, что моё счастье (то, что я хочу) и счастье других людей (то, что они хотят) зависят друг от друга. ✅ Есть три основных сферы моих интересов, желаний, взаимозависимости, взаимодействия и ответственности, которые связаны друг с другом и влияют друг на друга: Семья, Отечество и Человечество.