Рюкза-чок

Школьницы совсем не знали что им делать... Одна училась в школе прямо за липовой аллеей, а вторая недалеко от дома в школе за сетчатым забором с дыркой. В нее она и забиралась с ранцем каждое утро на школьный двор...

Когда автобус уходит в половине седьмого, то ты, возможно, проспишь... А возможно , нет... И тогда встретишься с водителем - немного засыпанным и ворчливым. Он тебе расскажет, что ему некогда посадить огород...

Дождь пошел внезапно. Тяжёлые капли настигли нас и стали колотить по лицу, по крышам и тротуарам. Но город, согретый невидимыми лучами, не сдавался, а наоборот улыбался, бежал под зонтами, мелькал простыми лицами горожан, стучал каблуками, шуршал шинами...

В этом магазине появились гравюры. Выполненные на дереве... Ну, подумаешь... Скажете вы... Подумаешь, гравюры... Где их нет... Но эти гравюры, выполненны лазером на деревянных плашках совершенно иной тематики...

Фонарик маленький, черный валялся на склоне холма в только что выросшей траве. На холме стоял музей, а под холмом текла река. Журчала и стремилась вниз под вербы, перемывая камешки... Фонарик был мокрый и чуть неисправный , немного прибитый, но светил медленным, сизым светом...

Самое странное в жизни, или одно из странных, когда встретишься с человеком , с которым мало знаком, но знаешь его по какому - то эпизоду , а потом вдруг внезапно встретишься... Так было и в этот раз....

В маленьком городе , расположившемся , как на ладони, на холмах Валдайской возвышенности есть уникальные люди. То тут , то там высветился маленькая искорка человеческого таланта, необычной судьбы и просто человеческого замечательного образа...

Итак продолжаем... Но конец близок... Он в следующей за этой главе.... Весь следующий день после новогоднего вечера Славка провел на скамейке возле Ленкиного дома. Дом ее был с обитой штукатуркой , взглядом на Васильевский остров и торчал , открываясь всем ветрам на свете...

Для Деньки эти дни прошли кое -как... Он прочитал энциклопедию о динозаврах, он изучил исландские мхи , многое узнал о морских котиках и покопался в названиях северных морских ветров. В конце-концов он изнемог от чтения, потихоньку засунул книги под тахту и лег мечтать...

Славка не любил ходить на вечера. Они на него нагоняли тоску. Он всегда стоял в каком-нибудь темном углу возле сцены и наблюдал за происходящим. Он не умел танцевать. Да и не хотел этого. Допустим , он не умел, как Толька Почиталов заламывать кренделя с девчонками...

Янь висел , уткнувшись в жёсткую шерсть, и летел, летел, уже не по своей воле, а по чьей-то другой . Тот, на ком он висел, двигался очень быстро и осторожно, иногда Яня хлестали ветки, но он не решался разжать пальцы...

Янь проболел целых три дня. Все эти дни Пелагея Матвеевна поила его клюквенным морсом из пипетки и давала воду с намешанным в нее мёдом. По ночам к нему приходила бурая мышь, она стояла у ножки стола и жадно смотрела ...