Уютный Дом

**История первая: Студентка и забытая книга** Она сидит на скамейке у фонтана, делая вид, что читает. На самом деле она следит за парнями, которые пробегают мимо. Ей двадцать два, центр города кажется ей огромной сценой. Каждое утро она красит губы блеском, надевает самое удобное платье и выходит. Она говорит себе, что ищет кофе, но на самом деле ищет взгляд. Вокруг шумят трамваи, продавец мороженого выкрикивает цены. Она поправляет волосы каждый раз, когда кто-то приближается. Книга в её руках — про любовь, конечно...

**История первая: У реки** Летним утром Арина вышла из дома, накинув льняной сарафан. За околицей начинался луг, пахнущий мятой и клевером. Она спустилась к реке, где вода была холодной, как родниковая слеза. Арина разулась, ступив босыми ногами на влажный песок, и почувствовала, как напряжение городской суеты (она приезжала на выходные) уходит сквозь пятки. Расстелив старое покрывало, она достала книгу, но читать не стала. Ей хотелось смотреть на стрекоз, скользящих над водой. Вдруг из-за поворота показалась лодка...

**История первая: Такси до ЗАГСа** Алина всегда смеялась над подругами, которые листали ленты знакомств с фильтром «доход выше среднего». В двадцать лет она была романтиком, верила в любовь до гроба и встречалась с художником Кириллом. Кирилл рисовал ей стихи на асфальте мелом, дарил одуванчики и водил в кино по студенческим билетам. Алина думала, что это счастье. Но в двадцать два года она поняла, что одуванчики вянут через день, а асфальт смывает дождем. Кирилл не мог оплатить ей визит к стоматологу, когда у Алины разболелся зуб мудрости...

**История первая: Кофейня у метро** Раньше в этой кофейне по утрам пахло не только кофеином, но и женской решимостью. Девушки надевали шерстяные пальто с поясом, туфли на невысоком каблуке и обязательно наносили помаду перед выходом. Сейчас же стеклянные двери распахиваются от порывов ветра, и внутрь входят серые силуэты. Первая девушка, которую я замечаю, одета в безразмерный пуховик, напоминающий спальный мешок. Под ним угадываются пижамные штаны в крупный цветок, а на ногах — уродливые пушистые сапоги, похожие на мочалки...

### История первая: Фабричная В общежитии текстильной фабрики её звали Манькой с самого первого дня. Приехала она по комсомольской путёвке из заволжской деревни Городище, где дома были с петухами на крышах. Сначала она старалась: купила в городе платье с воротником-стоечкой и туфли на каблуке. На проходной ей крикнули: «Манька, привет!» — и она улыбнулась, потому что так звали мать. В цехе станки стояли в три ряда, и под их грохот нельзя было услышать собственного голоса. Манька быстро научилась...

### История первая: Архитектура тишины Она проснулась от того, что солнце пробилось сквозь щель в шторах, проведя золотую линию прямо по её руке. В комнате было тихо, только старый холодильник издавал ровный, утробный гул. Ей не нужно было никому писать «доброе утро» и никого спрашивать, как прошла ночь. Она медленно потянулась, чувствуя, как позвонки издают тихий хруст, и с удовольствием отметила, что всё её тело принадлежит только ей. В ванной она долго смотрела на своё отражение, изучая игру света на скулах, и не находила в этом никакого тщеславия, только спокойное любопытство...

### История первая: Архитектор Она проектировала мосты. Её жизнь была расписана по часам, а календарь забит встречами с подрядчиками и инспекциями. В тридцать она думала, что семья — это компромисс, который помешает её грандиозному проекту. В тридцать пять она наблюдала за разводами подруг и благодарила судьбу за свободу. Её дом был идеально чист, холодильник пуст, а одиночество ощущалось только в редкие вечера пятницы. Однажды, стоя на строящемся мосту, она поймала себя на мысли, что хочет показать этот закат не коллеге с графиком, а кому-то, кто просто порадуется за неё...

### История первая: Та, что носила закат Она жила на отшибе, в доме с покосившимся крыльцом. Ее звали Алена, и местные шептались, что ее прабабка была знахаркой. В то время как все девушки в селе носили практичные джинсы и куртки, Алена щеголяла в платьях, которые, казалось, были сшиты из старых штор. Одно ее платье было цвета увядшей гортензии, другое — цвета мха, растущего на северной стороне. Она никогда не надевала обувь, если можно было идти босиком, и подол ее юбок всегда был влажным от росы...

### История первая: Хранительница теплиц Она просыпается затемно, когда небо на востоке еще напоминает пролитое молоко. Ее дом стоит на отшибе, окруженный стеклянными стенами теплиц, поблескивающих в предрассветной мгле. Она не включает свет, двигаясь по дому с привычкой слепого. На плите уже закипает чайник, подаренный ей когда-то матерью. Она разбивает яйцо в сковороду, наблюдая, как белок растекается, формируя причудливый материк. Завтрак проходит в тишине, нарушаемой лишь тиканьем старых ходиков...

### История первая: Та самая банка сметаны В большом городе, где люди часто проходят мимо друг друга, не замечая ничего, кроме экранов смартфонов, Антон вспоминал бабушкин дом в забытой богом деревне. Там, среди высоких тополей и бескрайних полей, прошло его детство. И каждый раз, думая о родине, он вспоминал Машу, соседскую девчонку с вечно разбитыми коленками и невероятно чистой улыбкой. Маша была старше на два года, но никогда не гнушалась возиться с мелюзгой. Она знала, где растет самый сладкий щавель, умела находить гнезда перепелок в поле, но главное — она всегда чувствовала чужую боль...

### История первая: Та, что встречает рассвет Её день начинается не с кофе, а с тумана, стелющегося по лугу. Она выходит на крыльцо, поправляя платок, из-под которого выбивается тяжелая коса цвета спелой пшеницы. Влажный воздух холодит щеки, но она улыбается ему, потому что знает — в этом рассвете её сила. Идет доить коров, и её движения выверены до автоматизма, но полны той особой плавности, которая бывает только у женщин, живущих в ладу с природой. Струи молока звенят о ведро, и эта музыка для неё слаще любой оперы...

**История первая: Тишина** Она проснулась не от вибрации телефона, а от тишины. В Москве тишины не бывает, там всегда гудит холодильник, шуршат шины за окном или капает соседский кондиционер. Здесь, в заброшенной деревне, которую она купила за смешные деньги, тишина была абсолютной, звенящей. Первое утро началось с того, что она просто лежала и слушала, как стучит ее собственное сердце. Переезд был спонтанным решением после очередного корпоративного кризиса, когда она поняла, что выгорела дотла. Она хотела спрятаться...