Лена вздрогнула, услышав голос мужа, Андрея. Она сидела на кухне, сжимая в руках диктофон. Пальцы дрожали. Из записи донеслись звуки шагов, хлопок закрывшейся двери. Затем пауза. Щелчок набираемых кнопок. И вот уже совсем другой тон – тихий, жалобный, почти плаксивый: – Мам, привет… Лена опять меня унижает. Говорит, что я ничего по дому не делаю. Кричит, оскорбляет… Я уже не знаю, что делать… Лена закрыла глаза. Слёзы обожгли щёки. Три года. Три года она жила с этим. Три года её считали истеричкой, скандалисткой, плохой женой...
Улыбнись и Попробуй
— Я думал, это был подарок, — брат взял деньги на свадьбу и забыл
— Мы думали, это был подарок от тебя, — написала Виктория, и Анна почувствовала, как холодеет внутри. Она сидела на кухне съёмной квартиры, смотрела в экран телефона и перечитывала сообщение невестки. Снова и снова. Подарок. Двести пятьдесят тысяч рублей — подарок. На соседней вкладке был открыт ВК Виктории. Последний пост: кожаный диван цвета капучино, дубовый обеденный стол, мягкие стулья с бархатной обивкой. Подпись гласила: “Наконец-то создаём уют в нашем гнёздышке ”. Сто двадцать лайков. Комментарии восторженные...
– Как это ты продал дачу? А где моя дочь отдыхать будет? - возмущалась жена
— Кстати, Вика в субботу привезёт вещи на дачу, — сказала Светлана, намазывая масло на тост. — Ей надо отойти от развода, а там всё равно зимой пусто. Андрей поперхнулся кофе. — Что значит «привезёт вещи»? — Ну, поживёт там пару месяцев...
— Мама, я же для вас эту квартиру покупала! Как ты могла отдать её Сергею? — возмущалась дочь
— Мама, я же для вас эту квартиру покупала! Как ты могла отдать её Сергею? Елена стояла в прихожей и смотрела на детские сапожки у порога. За стеной плакал ребенок, а из кухни доносился запах жареной картошки — чужой, обжитой запах. — А что такого? — спокойно ответила Галина Петровна в трубке. — Тебе одной своей квартиры хватает, а Сергею с семьей жить негде. Елена закрыла глаза и прислонилась к стене. Пять лет она выплачивала ипотеку. Пять лет экономила на отпусках, на обновках, на всём. Делала ремонт сама, по вечерам после работы...
— Лена, открывай дверь немедленно! Я два дня сюда добиралась! — свекровь решила, может приезжать на отдых в дом бывшей невестки, как раньше
— Лена где? Что за чертовщина с замком? Валентина Петровна стояла у знакомой двери с двумя чемоданами. Старый ключ бесполезно крутился в скважине. Она дёрнула ручку — бесполезно. Попробовала снова, надавила плечом. Ничего. Достала телефон. Набрала. — Лена, я приехала. Ты дома? — Я не приеду, Валентина Петровна. — То есть как? Я же у твоих дверей стою! — Я вас не приглашала. После всего, что было, я не хочу видеть вас в своём доме. В трубке — гудки. Валентина Петровна замерла с телефоном в руке. Она приехала на море так, словно ничего не изменилось...
— Отдайте свою двушку молодым, а сами переезжайте в однушку. Вам двоим хватит, — сватья распоряжалась чужим имуществом
— Вы же всё равно вдвоём живёте в двушке. Отдайте её молодым, а сами переезжайте в однушку. Вам хватит. Ольга замолчала. Не на секунду — на несколько долгих секунд, во время которых в голове у неё происходило что-то похожее на короткое замыкание. Она только что рассказала Светлане Петровне — будущей сватье, матери Дениса — что после свадьбы они с Андреем собираются отдать молодым однокомнатную квартиру. Ту самую, которую сдавали несколько лет и с которой каждый месяц получали живые деньги. Светлана Петровна выслушала...

