Александр Попов, дурак на периферии

Помню, что изучение произведений Андрея Платонова в школе наталкивалось на стену ученического непонимания: слишком сложный язык, метафоры, космология постреволюционного мира. А ведь я учился в историко-филологическом классе, так что мы проходили не только «Реку Потудань» и «В прекрасном и яростном мире», но и «Котлован», самое забористое в плане стиля его произведение. С тех пор, то есть уже после тридцати, открыл для себя Платонова-прозаика, прочитал основные его тексты, а «Котлован» даже два раза, вот теперь очередь дошла и до его пьес...

Фильмы Тарантино никогда не любил: не хочу показаться записным моралистом, но они казались мне всегда очень циничными в своей экспликации насилия, хотя нарративного драйва и режиссерского мастерства у них не отнять. Однако, всегда люблю читать о кино то, что пишут о нем постановщики, потому быстро переведенную у нас книгу режиссера «Криминального чтива» тоже купил почти сразу. Она пролежала у меня почти три года, и вот чуть больше чем за день я ее прочел: слышал много о даже не синефилии, а синефагии...

Впервые услышал о Салли Руни от случайного знакомого, оказалось, что она очень популярна, но сторонился ее книг, полагая, что встречу аналог дамских романов. Однако, совсем недавно увидел ее третье по счету сочинение в Фикс-Прайс, купил, а потом скачал еще два предыдущих ее романа. Каково же было мое удивление, что меньше чем за неделю я прочел залпом все три ее текста, переведенные на русский (есть еще четвертый, но его что-то пока не собираются переводить). Это довольно увлекательное чтение, вызывающее...

Более месяца не выкладывал здесь заметок, ибо половину этого срока читал роман Ирины Головкиной «Побежденные» и готовил рецензию на нее для одного из интернет-ресурсов, остальное время читал четыре романа Джона Голсуорси вне цикла «Сага о Форсайтах». Книги оказались неравноценными: если «Остров фарисеев» - лобовой и острый социологизм, то, например, «Джослин» - роман о страсти вообще, то есть вне исторического и временного контекста. «Фриленды» напомнили мне худшие страницы Драйзера с его сочувствием...

После Астафьева прочел «Колымские рассказы» Шаламова и написал о них небольшую статью для одного портала, дублировать не буду, ведь материал должен быть эксклюзивным. Зато напишу здесь о самом прославленном романе Владимира Маканина «Андеграунд», на чтение которого ушла последняя неделя. Это действительно одна из лучших русскоязычных книг, написанных в 1990-е, и по сей день пребывающая в незаслуженной тени творений Пелевина и Сорокина. Это, конечно, тоже постмодерн, по сути описание одной большой пьянки маргиналов от искусства, так и не нашедших себя ни в советской, ни в постсоветской жизни...