Толстый

– Такой смешной! – ласково сказала телка. И вдруг достала из сумочки влажные салфетки и стала вытирать жирному лицо. – Да не стесняйся ты! Все свои! Саня размяк и зажмурился. Сегодня был день чудес! – Умбрм… гргргрх… хрбрпрдргр… кхекхекх… – Жарко сегодня, да, – сделала вид телка. – А ты не простудился? – Э-э-эхргр, брдрщгхкх. – Ты точно Александр? Странно так говоришь. Может, ты болельщик из Исландии? – Я-а А…а…лександр, – получилось у жирного. – Я тебя узнала. Куда мы пойдем? *** От волнения Саня тупанул настолько, что спроси его телка – как его зовут – не факт, что она получила бы внятный ответ...

Окончательно проснувшись, толстый поплелся в сортир. На обратном пути встретил матушку. – Стой, Саша! – сказала матушка. – Нам надо поговорить. – Ну, мам! – скуксился Саня. – Я посмотрела, где ты бываешь в Интернете… Жирный замер. По коже его побежали мурашки. Наверное, это был стыд. – Я прочла твою переписку с этим другом твоим… Матушка была безжалостна. А жирный тем временем мечтал, чтобы под ним провалился пол, и чтоб сам он рухнул сквозь все двадцать этажей их дома, чтобы достиг земли, и чтоб земля под ним тоже разошлась, впустила бы в себя. – Это ужасно, Саша. Ты совсем не думаешь об учебе...

Когда Саня был еще относительно мелким и весил всего-то под сотку, у него было счастливое время. У него были друзья. Да что там, он дружил со всем двором! Да, случались и у толстого такие вот счастливые времена! Если подумать, то Саня был даже вполне уважаемым пацаном. Ровесники, из крутых, уже в четырнадцать-пятнадцать лет поебавшихся пацанов, брали, бывало, жирного с собой на вылазки. На чужих районах они ловили мелких чуваков. Те боялись, что у них сейчас отожмут деньги или мобилу. Но в зажравшейся Москве XXI века гопников не интересовали мелочь и смартфоны. Интерес был в другом. Пойманного мелкого валили наземь и держали...

Порностудия располагалась в подвале затхлой хрущевки в ничем не примечательном дворе. Вывеска на двери сообщала: «Гаджеты Ремонт». Жирный сверился со схемой проезда, которую предусмотрительно скачал в телефон. Да, адрес правильный. Была не была! Толстый вдавил кнопку интеркома и где-то внутри заблямкало. – Кто? – ответило устройство мужским голосом. – Я на кастинг! – стеснительно проблеял Саня. – Ага! Сейчас-сейчас! Дверь запищала и тихонько клацнула. «Это небольшой шаг для меня, и великий – для всего человечества!» – вспомнил Саня слова астронавта Армстронга, который первым ступил на Луну. Хотя Глист и пиздел, что пиндосов на Луне не было...

«Таким образом, какие бы неудачи меня не преследовали, а сегодня я изменю свою жизнь», – так размышлял жирный Саня. Размышления его, в преддверии великого шага в будущее были надлежаще напыщенны и чеканны, как латынь древнеримских хроник. Когда заканчиваешь школу, или получаешь медаль, или делаешь от лица человечества первый шаг по неизведанной планете – ты хочешь, не хочешь, а мыслишь величаво, по-исполински. Так могла бы мыслить статуя Петра Первого на Москве-реке. Вот и Саня, с большим запасом времени приехавший на «Царицынскую», решил отправиться в Бирюлево пешком. Больше из жадности, конечно...