Тишина вдвоём

– Куда ты убрал коробку с синими незабудками? – громко спросила женщина, стоя на табуретке и безуспешно шаря руками по самой верхней полке кухонного гарнитура. Она специально встала пораньше в этот субботний день, чтобы подготовиться к приходу гостей. Вечером должны были заглянуть ее коллеги по работе, и ей хотелось накрыть стол по-особенному, достать нарядную скатерть и тот самый, заветный фарфор. Но пальцы нащупывали лишь пыльный пластик старой соковыжималки и какие-то пустые банки. Знакомой плотной картонной коробки, перевязанной бечевкой, на привычном месте не было...

– Ты правда собираешься идти в этом? Голос прозвучал с такой откровенной, почти физически ощутимой брезгливостью, что рука с зажатой в ней заколкой так и замерла на полпути к волосам. Женщина медленно повернулась к зеркалу, а затем перевела взгляд на дверной проем, где стоял ее муж. Виктор был при полном параде. На нем безупречно сидел новый темно-синий костюм, купленный всего неделю назад специально для сегодняшнего торжества – юбилея его начальника. Белоснежная рубашка оттеняла легкий загар, а...

– Собирай свои вещи потихоньку. Я даю тебе месяц, чтобы найти съемную квартиру и съехать. Думаю, этого времени более чем достаточно, чтобы ты решила все свои вопросы. Голос мужа звучал на удивление буднично, словно он просил передать ему соль за ужином или обсуждал список покупок на выходные. Он стоял перед большим зеркалом в прихожей, тщательно поправляя узел дорогого шелкового галстука, который жена подарила ему на прошлый Новый год. Вера замерла с влажной губкой в руках. Она как раз протирала кухонный стол после завтрака, провожая мужа на работу...

– Тебе не кажется, что этот соус слишком острый? У Максима от него потом изжога будет, – недовольно протянула гостья, заглядывая через плечо хозяйки прямо в кипящую сковородку. – И вообще, ты масло перекалила. Разве можно так безответственно к продуктам относиться? Ольга стиснула зубами внутреннюю сторону щеки так сильно, что почувствовала солоноватый привкус. Она сделала глубокий вдох, глядя на шкварчащие куски курицы, и только потом повернулась. – Соус именно такой, какой любит твой брат, Даша...

– А что ты такого вообще делаешь, чтобы так уставать? – раздался недовольный мужской голос из гостиной. – Машинка сама стирает, мультиварка варит, пылесос этот круглый по полу ползает. Ты же просто кнопки нажимаешь! Анна замерла с влажным полотенцем в руках. Она только что закончила оттирать жирные брызги с кухонного фартука после того, как Павел решил пожарить себе яичницу с беконом и оставил плиту в таком виде, словно на ней взорвалась сковородка. Женщина медленно выдохнула, повесила полотенце на крючок и прикрыла глаза...

– А вещи мы тебе на выходных поможем перевезти, коробки Вадик уже принес и на балконе сложил, – прозвучало буднично, между глотком чая и стуком ложечки о фарфоровое блюдце. Галина Петровна замерла с заварочным чайником в руке. Горячий пар поднимался от чашек, оседая мелкими каплями на кухонном окне, за которым вовсю хозяйничал промозглый октябрь. Она медленно поставила чайник на подставку, стараясь не выдать дрожь в пальцах, и перевела взгляд на говорящую. Ее дочь Марина сидела напротив, увлеченно размазывая джем по кусочку батона...

– Ты же понимаешь, что мужики уже подъезжают, а у тебя на плите еще конь не валялся? – раздался раздраженный голос из коридора. Марина вытерла влажный лоб тыльной стороной ладони и обернулась. В дверном проеме кухни стоял ее муж Вадим. Он уже успел переодеться в домашние спортивные штаны и свежую футболку, всем своим видом демонстрируя готовность к приятному пятничному вечеру. – Вадим, я пришла с работы сорок минут назад, – стараясь сохранить спокойствие, ответила она, нарезая картошку. – Я физически не могла успеть накрыть стол на пятерых здоровых мужчин...

– Ты опять взяла мой дорогой бальзам для волос и даже не удосужилась плотно закрыть крышку, вся полка в ванной теперь липкая! Марина стояла в коридоре, сжимая в руках пластиковый флакон, по стенкам которого медленно стекала густая ароматная жидкость. Из комнаты напротив лениво выглянула Светлана, младшая сестра мужа, кутаясь в пушистый халат, купленный, к слову, самой Мариной пару лет назад. – Ой, ну подумаешь, не закрутила, – протянула золовка, зевая и поправляя растрепанные со сна волосы. – Что ты из–за такой ерунды трагедию устраиваешь? Вытру я твою полку, когда умываться пойду...

– Куда опять ушли три тысячи? – раздраженно прозвучало на тесной кухне, перекрывая уютный шум закипающего чайника. Мужчина средних лет сидел за обеденным столом, сдвинув брови и пододвинув к себе длинную белую ленту кассового чека. Он водил по строчкам толстым указательным пальцем, словно пытался уличить бумагу в подлоге. Напротив него стояла женщина, перекладывая покупки из плотного пакета в холодильник. Ее движения были спокойными, но в легкой сутулости угадывалась накопившаяся за долгие годы усталость...

– Мы с Вероникой всё тщательно посчитали, составили таблицы и пришли к выводу, что этот вариант объективно самый разумный для всех нас, – произнес уверенный мужской голос, сопровождаемый нервным, ритмичным постукиванием чайной ложечки о край тонкой фарфоровой чашки. – Тебе одной огромная трехкомнатная квартира в историческом центре абсолютно ни к чему. Ты только за коммунальные услуги переплачиваешь баснословные суммы каждый месяц, а убирать такие площади в твоем возрасте – это же настоящее издевательство над организмом...

– Ты только смотри, на ламинат ничего тяжелого не роняй, он царапин боится. И на кухне, когда готовить будешь, вытяжку обязательно включай, а то обои запахами пропитаются. Ванную после себя насухо протирай, у нас тут влажность повышенная. Полотенца я тебе в шкафчике выделила, те, что с лебедями, можешь брать. А в спальню хозяйскую вообще не заходи, там дверь заперта, да тебе туда и не надо. Твоя комната вот эта, светлая, с диваном и рабочим столом. Голос пожилой женщины звучал уверенно, по-хозяйски раскатисто и деловито...

– Ты просто пойми, это самый разумный выход из сложившейся ситуации. Мы же не двужильные, чтобы тянуть это все на себе. Посмотри на себя, Аня! Ты за этот год осунулась, побледнела, у тебя синяки под глазами такие, что тональным кремом не замажешь. А я? Я после работы даже отдохнуть нормально не могу, потому что у нас дома постоянно пахнет какими-то мазями, и телевизор нужно смотреть на минимальной громкости. Анна стояла у кухонной раковины, механически смывая пену с фарфоровой тарелки. Вода была...