Мистика Д

Новый дом встретил нас птичьим щебетом и утренней прохладой. Я открыла глаза и увидела, как солнечные лучи пробиваются сквозь кружевные занавески, оставляя на стене причудливые узоры. Рядом посапывал муж, раскинувшись на широкой кровати, которую мы перевезли из старой квартиры. Кася уже проснулась и сидела у двери, виляя хвостом и поглядывая на меня с нетерпением. НАЧАЛО ПРЕДЫДУЩАЯ ГЛАВА — Сейчас, сейчас, — шепнула я, выбираясь из-под одеяла. Босиком прошлёпала на кухню, где уже закипал чайник...

Анна никогда не считала себя слабой. Она выросла в маленьком шахтёрском городке, где дома лепились друг к другу серыми пятиэтажками, а горизонт упирался в терриконы — чёрные искусственные горы, поднимавшиеся к небу, как память о нелёгком труде. Там, в этом суровом краю, слово «справиться» было синонимом слова «жить». Отец работал проходчиком, мать — санитаркой, и Анна с детства знала цену копейке, умела штопать прохудившуюся одежду, топить печь и закручивать банки на зиму. Родители ушли рано. От них осталась меленькая квартирка, которую Анна сдавала, пока не встретила любовь всей своей жизни...

Утро понедельника началось с того, что в дверь громко постучали. Я открыла и увидела почтальона с заказным письмом. Конверт был плотным, с гербовой печатью. Внутри лежала повестка в суд — Гульнара Закировна подавала иск о признании завещания недействительным. — Она серьёзно? — муж прочитал бумагу и хмыкнул. — У неё же нет никаких оснований. Нотариус проверил все документы. НАЧАЛО ПРЕДЫДУЩАЯ ГЛАВА Мы поехали к нашему нотариусу, и тот заверил нас, что завещание составлено безупречно. Гульнаре нечем крыть, кроме пустых обвинений...