Наталья Швец

Но вернемся к Анне Иоанновне, которая никогда в мыслях не держала, какая блестящая судьба ей уготована. Всю жизнь от маменьки тычки получала, потом в далекой Митаве копеечки считала, и вдруг такое счастье привалило! Стоят на пороге гонцы и наперебой твердят: — Не откажись, матушка! Только на тебя вся надежа! Впрочем, что ей было в реальности сказано, мне не ведомо. Одна знаю точно, опередивший остальных не намного гонец от Левёнвольде успел ей, пусть и не совсем подробно, доложить о предложении вступить на престол и о планах Верховного тайного совета ограничить ее власть...

Никто из Верховников, уверенных в своей силе, даже не подозревал, что практически одновременно с направленной ими делегацией в Митаву отправились три гонца — от Павла Ягужинского, графа Рейнгольда Лёвенвольде и Феофана Прокоповича. Гонцы оппонентов спешили известить герцогиню про коварную «затейку» Верховного тайного совета. Раньше всех, видимо, у него крылья выросли, опередив Верховников, в Митаву прибыл гонец от Лёвенвольде. Именно за его спиной стоял Андрей Иванович Остерман, некогда пользовавшийся огромным доверием императора Петра I...

Кандидатура Анны Иоанновны, уже долго пребывавшей в Курляндии и почти не имевшей влияния в России, сразу нашла поддержку у всех членов Совета. В суматохе они как-то забыли об этой царевне, хорошо, что напомнили. Ведь это был просто идеальный вариант! Послушная, молчаливая, никогда никому не перечащая. Ни для кого не было секретом, как она всегда слушала мать, следовательно, и с ними спорить не будет. И что важно, ситуацией не владеет, следовательно, будет легко управляемая. Поэтому все обрадованно вскочили со своих мест и дружно закричали: «Виват, наша императрица Анна Иоанновна!»...

Сразу после смерти юного императора Петра II члены Верховного тайного совета собрались в «особую камору» и заперлись на ключ. Их было четверо: канцлер, граф Гавриил Иванович Головкин, князь Дмитрий Михайлович Голицын и князья Алексей Григорьевич и Василий Лукич Долгоруковы. На тайное совещание были приглашены князья Михаил Владимирович и Василий Владимирович Долгоруковы и князь Михаил Михайлович Голицын. Вице-канцлер, барон Андрей Остерман, хотя его также настойчиво приглашали, уклонился от обсуждения...