На краю Мещеры

За соседним бугром, в уреме, под крутым овражистым склоном сторожат тишину кряжистые дубы да дымчато-сизые осины. Там – древняя чащоба. А ближе к селу сбегает в лощину светлый, вперемежку с орешником березняк, имя ему – Подстар: под старым чертоломом выросший лес. Долгое время мне казалось, что случилось это недавно. По рассказам жены, когда девчонкой приезжала она на каникулы к деду, березки были совсем тонкими, им, ребятне, подстать. Да и сейчас еще нет там старых, подточенных гнилью деревьев...

Все лето ремонтировали баню. И вдруг прошелестел слушок: к этой пятнице веники готовить. По пятницам здесь мужской день. По субботам, как везде в деревнях заведено, - женский. Даже в городе, при ванне, тело тоскует без жгучего, до костей пробирающего духа парной. Ну, а на селе без бани – и вовсе маета несусветная. Банщик Виктор в нарядной рубахе, одетой по случаю премьеры, так и лучится улыбкой. Новые лавки сияют свежевыструганной желтизной. Аккуратной горкой сложены шайки. А над всем этим – стойкий древесный дух, побратавшийся с запахом березовых листьев...

Кладу из кирпича стену дома и нет-нет да поглядываю, как идут дела у соседа. За травянистой стежкой-дорожкой еще прошлым летом вырос особняк с мезонином. А сейчас Алексей Константинович наводит лоск на стены его. По советам врачей, которые оперировали недавно его легкие, следовало бы соседу сидеть с книжкой в руках в тени сада и не утруждать себя никакой работой. Да разве такой человек, как Константиныч, усидит без дела! Едва окрепли руки, взялся за мастерок. Сегодня сосед штукатурит кладку, а затем разлиновывает ее бороздами...

Из всесоюзного научно-исследовательского института картофельного хозяйства в Коренево я возвращался в Москву под вечер. Рейсовый автобус не пришел, и мы вместе с попутчиком, энергичным мужчиной лет сорока, отправились пешком в сторону железной дороги. Из разговора выяснилось, что он занимается селекцией картофеля. - Знакомо ли Вам имя «короля картошки» Николая Яковлевича Никитинского? – спросил я. - Не слышал о таком. - А о Грачеве старшем, создавшем более ста сортов картофеля? Спутник задумчиво пожал плечами...

Как вязко сидит в нас инерция взгляда. Уж сколько раз за последние годы проходил мимо пустующего здания барской усадьбы, и все казалось обыденным: заросшие одуванчиком ступени парадного входа, облупившаяся колоннада, заколоченные досками провалы окон… Седая безнадзорная старина, ей ли удивить кого-либо в российской глубинке. И все же, помнится, впервые увидев запущенный дом, отметил с горечью: неужто никому не нужны эти каменные хоромы, великолепие которых не в силах заглушить даже долгое небреженье...