История Онлайн Второй Мировой

В конце июля 1941 года лейтенант Георгий Дмитриевич Костылев, только что прибывший в 19-й истребительный авиационный полк ПВО Ленинграда, впервые сел в кабину новенького ЛаГГ-3. Самолёт, покрытый вишнёвым лаком и отполированный до зеркального блеска, казался красивой игрушкой. Но когда Костылев поднял машину в воздух, его опытный взгляд сразу уловил неприятную тяжесть в управлении, вялый разгон и неохотный набор высоты. Полированный «Рояль» оказался строгим и требовательным питомцем. Воевать на нём предстояло против юрких «мессершмиттов», которые превосходили его почти во всём...

В ноябре 1941 года под Москвой творилось нечто несусветное. Немецкие танковые дивизии, ещё полгода назад победоносно маршировавшие по Европе, вдруг обнаружили, что их хвалёная техника превратилась в металлолом. Командиры Pz.IV, уверенные в своём короткоствольном 75-мм орудии, в панике наблюдали, как их снаряды отскакивают от брони русских Т-34, словно горох от стены. А русские танки тем временем методично расстреливали немецкие машины с дистанции, недоступной для ответного огня. Эта паника докатилась до Берлина...

Осенью 1941 года немецкие армии рвались к Москве, а в кабинетах военного руководства СССР разгорелся неожиданный спор. Герой Советского Союза, известная всей стране лётчица Марина Раскова предлагала то, чего мировая военная история ещё не знала, — создать полностью женские боевые авиаполки. Профессиональные военные скептически качали головами: война — дело мужское, женщинам место в госпитале или в тылу, но не за штурвалом истребителя или бомбардировщика. В военкоматах девушкам, рвавшимся на фронт,...

В середине 30-х годов в Управлении вооружений Германии царила редкая самоуверенность. Немецкие генералы, словно заправские игроки, уже распределили места на пьедестале: блистательный Pz.III, вооружённый 37-мм пушкой, должен был стать «любимой женой» панцерваффе — элегантным убийцей танков. А его более тяжёлому собрату Pz.IV отводилась скромная роль «Золушки» — машины поддержки, которая будет плестись в хвосте и добивать пехоту. Кто же мог предположить, что именно эта «второсортная» конструкция, рождённая...

В конце августа 1942 года младший сержант Николай Макарович Савин, только что закончивший лётную школу, получил предписание убыть в 42-й истребительный авиационный полк. Налёт на новейшем истребителе ЛаГГ-3 у него составлял около четырёх часов. Стрельб он не проводил ни разу, в парных полётах не ходил, а всё его умение ограничивалось взлётом, посадкой да пилотажем в зоне. Таких сержантов в пополнении было большинство. Им предстояло воевать на машине, которую сами лётчики между собой называли не иначе как «лакированный гарантированный гроб»...

Весна 1941-го выдалась тревожной. Война стояла на пороге, дыхание её уже чувствовалось в сводках с границ, в ускоренных темпах заводских смен, в тревожном ожидании, застывшем в глазах людей. И в этот самый момент, когда каждая секунда была на счету, в кабинете Иосифа Виссарионовича Сталина произошла сцена, достойная пера драматурга, но оставшаяся в анналах истории авиации. Вождь, славившийся своим скептицизмом и въедливостью, держал в руках небольшой брусок невзрачной на вид фанеры. Рядом лежала его знаменитая трубка...

Представьте себе: 1920-е годы. Вчерашние враги, солдаты которых ещё недавно сходились в смертельных схватках на полях Первой мировой, теперь тайно учат друг друга воевать. Немецкие асы, оставшиеся без своих «фоккеров» по воле Версальского договора, под чужими фамилиями и в штатском прибывают на подмосковные аэродромы. Советские командиры, едва освоившие азы тактики в огне Гражданской, едут в Германию изучать новейшие методы управления войсками. Официально — страны разделены идеологическими пропастями...

Гул двигателей, похожий на приближающуюся грозу, лязг гусениц, вдавливающих в грунт тонны стали, и длинная ствола пушки, холодной и безжалостной, как взгляд хищника. Лето 1944 года. На фронт начали поступать «Тигры II» – «Королевские тигры». Для немецкого командования это был «чудо-танк», козырь, способный переломить ход сражений: 180 мм лобовой брони, 88-мм длинноствольная пушка KwK 43, пробивавшая любую броню союзников с двух километров. Эти 68-тонные мастодонты должны были сеять ужас, становясь неуязвимыми стальными крепостями...

Летом 1929 года, когда западные державы с опаской наблюдали за становлением молодого Советского государства, а в самих советских газетах писали об успехах первой пятилетки, на самом дальнем рубеже страны тихо тлел фитиль большого конфликта. Речь шла не об идеологии, а о стальных магистралях, экономических интересах и престиже. Китайско-Восточная железная дорога (КВЖД), построенная ещё Российской империей и после революции перешедшая под совместное советско-китайское управление, внезапно оказалась в центре острейшего международного кризиса...

В лучах утреннего солнца 7 ноября 1929 года по брусчатке Красной площади впервые в истории прошли не только пехота и кавалерия, но и новое, стальное поколение защитников страны. Десятки маленьких, угловатых, похожих на бронированные коробочки машин, громко тарахтя моторами, уверенно двигались в парадном строю. Для восторженных москвичей это был символ невиданной мощи молодой республики. Для иностранных военных атташе — предмет лёгкого скепсиса: слишком уж примитивно выглядели эти «русские танки»...

Пробил час, и звёзды на знамёнах самой обширной империи в истории человечества, над которой, как хвастались в Лондоне, «никогда не заходит солнце», вдруг померкли и начали стремительно гаснуть одна за другой. Если на карте 1939 года розовым цветом была залита четверть земной суши, то к середине 1950-х от этого гигантского пятна остались лишь жалкие, быстро тающие клочки. Парадоксально, но величайшую геополитическую катастрофу для Британской короны принёс не военный разгром — формально страна вышла из войны в лагере победителей...

2 декабря 1939 года. Карельский перешеек уже стал ареной ожесточённых боёв, но севернее, в районе посёлка Толваярви, царила зловещая тишина, нарушаемая лишь редкими разведывательными выстрелами. Сюда, к самой границе, выдвигалась советская 139-я стрелковая дивизия 8-й армии с задачей стремительным ударом в направлении посёлка Суомуссалми выйти в тыл финской группировке на перешейке и разрезать страну надвое. Ей противостояли разрозненные финские пограничные отряды и батальон ополчения, общей численностью в несколько сотен человек...