MemPro-Trends

Начало двухтысячных. Обычная гастрольная «Газель» на трассе в Великий Новгород, двенадцать человек внутри. В какой-то момент водителю резко плохеет — машину бросает по дороге навстречу фурам. Пассажир с переднего сиденья одной рукой перехватывает руль, второй намертво держит водителя. Секунды. Он не кричит, не зовёт на помощь. Сам выбирает место и намеренно уводит тяжёлый автомобиль в кювет — туда, где растут берёзы. Стволы деревьев сработали как тормоз. Все двенадцать живы. Почти мистическая деталь: всё это произошло сразу за знаком населённого пункта с названием Умирание. Никакого пафоса после...

Первого декабря 1956 года в московском роддоме на Пироговке акушер-гинеколог профессор Зильберман развернул пелёнки, чтобы показать новорождённого отцу. И замер. В крошечном кулачке младенца сверкало его собственное обручальное кольцо. — Теперь я не сомневаюсь, что это ваш сын! — только и смог произнести потрясённый врач. Арутюн Акопян, один из главных иллюзионистов страны, незадолго до этого услышал в коридоре, что медсестра забыла вернуть доктору украшение, снятое перед осмотром. Ловко перехватил кольцо...

Миллионы мужчин были влюблены в её ямочки и голос. Лучшие актёры страны добивались её внимания. А она раз за разом оказывалась одна — с маленьким сыном на руках, с болью, которую прятала за фирменной улыбкой пани Каролинки. Три брака. Три попытки построить то, что принято называть счастьем. Первый начался с тайны и закончился изменами. Второй — поспешной попыткой забыть первого. Третий — общим театром, который пережил их союз. И только потом, когда на это, кажется, уже не оставалось ни времени, ни сил, появился физик, который понятия не имел, кто такая пани Каролинка...

Обычное московское утро. На плите кипит вода — сейчас будет овсяная каша. Любовь Сергеевна привычно хлопочет на кухне, когда рядом появляется Георгий и произносит это. Буднично, почти без паузы. Она переспрашивает. Думает — ослышалась. Он повторяет. Двадцать шесть лет. Без официального брака. Без скандала на прощание. Она соберёт вещи за три рейса на такси. Уходя, ответит на его тихое «прости» поцелуем в лоб. Именно этот финал — тихий, почти невозможный — и делает их историю такой неудобной. Её нельзя разложить по полкам...

Волгоград, конец семидесятых. Обычная дворовая лавочка. Подруга Оля увлечённо рассказывает о своих планах, а девочка Вера долго молчит, смотрит куда-то вдаль — и вдруг говорит одну фразу: «А у меня будет всё». Никакого конкретного плана. Никаких театральных амбиций. В тот момент она усердно учила французский и готовилась в МГУ — чтобы уехать во Францию и преподавать там русский язык. Просто интонация человека, который внутренне уже решил: предсказуемый сценарий — не для неё. Прошло почти пятьдесят лет...