Ксюша Принт

Я же волнуюсь.

Я смываю стрелки Чиста пред тобой лицом За что ненавидишь? За что я люблю наглецов?

Ну все конечно, как ты понимаешь, не зря: Ужасно бесценный опыт в конце октября, Мы теперь, как говорится, навеки друзья, Пускай и не друзья и не дольше полвека. У всех романы, а у нас другое, совсем свое. Они не поймут. Озлобленное зверье. В их душе скупое пустое вранье, А в тебе я ценю именно человека. У тебя веселая жизнь за кордоном, другая, Все гнилье и кутье, конечно, но я не скучаю. Но всегда по привычке готовлю две кружки чая, Это что-то определенное между тобой и недугом. Как ты там? Не звонишь и не пишешь строк, Одиноко живет твой активный когда-то блог...

Люди примерно так входят в желтый август: Повзрослевшими чуть и абсолютно пустыми. Впереди только прелость и Иоганновский "Фауст", Позабытый в шкафу и пропитанный запахом дыни. За спиною же только печаль и томная слабость. Говорят: "Да ладно! обратно дороги пустые! Что ты плачешь, любимая? Хорошая, что за жалость? Выпьем вина! Тут как раз на двоих осталось в бутыли." Устаешь всем доказывать всю свою неординарность, Свою прелесть, красивый юмор, грехи и чудачества, Вырастаешь с людей, как из свитера, но в чем бездарность- Ты вообще достаёшь все свитера из этого ящика...

У тебя есть одна минута. А ты в его шею приткнута, Когда Индийская Калькутта Встречает другое, пустое утро. Ты спрятана от лучей тенями, Губами, плечами, его кудрями... Ты сложилась, сдалась, как глупое оригами, И пьяна, как те виски в его стакане. Без тебя это утро совсем убого... Он проснется, зевая опять немного, Но то будет уже не та, не его дорога, А с тобой как за пазухой он у Бога...