Герои былых времен...

Лейтенант Семёнов, распахнув промерзшую дверь блиндажа, ввалился внутрь и сбил снег с сапог. – Ну что, примем бой, товарищ полковник?! – выпалил он, запыхавшись. – Фрицы наступают! Полковник Марков оторвался от штабных бумаг, разложенных на грубо сколоченном столе. Его взгляд, усталый и привыкший к деталям карт, уставился на молодого офицера. – Атака? – Ага. Засекли их, идут колонной. И хоть бы хны! Прямо бесстрашные какие-то... – Без техники? – удивился Марков, его брови поползли вверх. – Ага! Ветер им в харю, а они себе шагают...

— Елена, сколько можно пялиться на эти угли? — Михаил сжал руку девушки, голос сорвался от нетерпения. — Уходить надо! Мало ли, немцы наведаются обратно... Девушка повернулась. Лицо, залитое слезами, исказила немая злоба, глаза прищурились до щелочек. Михаил понял мгновенно: спорить с Еленой было и раньше безнадежным делом, а сейчас, после увиденного, — и подавно. Он не мог даже представить, что происходило в ее душе, когда взору открылась дымящаяся пустошь на месте родной деревни, груда черных, еще теплых головешек там, где стоял ее дом...

Май 1945. Берлин. Полк майора Павла Соколова входил в число первых, ступивших на улицы поверженной столицы рейха. Победа витала в воздухе, густом от гари и весенней сырости. Знало об этом не только красноармейское братство, но и сами немцы. Сопротивление горожан сменилось покорностью, а то и откровенным заискиванием. Особенно усердствовали некоторые местные женщины. Крутились, так и сяк, перед уставшими, но возбужденными солдатами и офицерами, стреляли глазками, предлагая то сигарету, то улыбку...

Вторые сутки тянулись в изматывающем пути. Штрафник Петров, недавно переведенный в штабную часть, и начальник штаба, капитан Алексеев, пробирались к своим, от которых отстали при выполнении задания. Лесная глушь, пробирающий до костей ветер и вечная настороженность были их постоянными спутниками. Внезапно в предвечернем небе резко вспорола серые облака зеленая звезда сигнальной ракеты. Петров и Алексеев мгновенно встрепенулись, перехватив взгляды. Такие ракеты – немецкая примета, сигнал тревоги при обнаружении советских солдат...

К началу 1945 года чаша весов окончательно склонилась в сторону русских войск. Победа была неизбежна, вопрос стоял лишь о цене и времени. Немецкие войска, обескровленные и деморализованные, откатывались на запад, но отступали с особым, методичным злобством. Словно раненые звери, они норовили нанести как можно больший вред перед своим уходом. Специальные команды фашистов методично "зачищали" оставляемую территорию – жгли дома, уничтожали инфраструктуру, сеяли смерть. Эта трусливая жестокость вызывала омерзение...