СТАТИСТИКУМ

Если вам хоть раз в жизни доводилось стоять рядом с работающим на холостых оборотах КрАЗ-255, вы вряд ли забудете это ощущение. Земля под подошвами сапог мелко подрагивает. В воздухе висит густой, сизый дух несгоревшей солярки. Из массивного подкапотного пространства доносится утробный, неторопливый рокот, больше похожий на рычание сытого дизельного тепловоза, чем на обычный грузовик. В народе его величали по-разному: «крокодил», «людоед», «батяня». Но прижилось одно имя, прилипшее намертво и ставшее легендарным — «Лаптёжник»...

Представьте себе картину: декабрь 1933 года, промозглая Ходынка. На заснеженном летном поле стоит нечто, больше похожее не на гордую стальную птицу, а на пузатого шмеля с обрубленными крыльями. Длина — всего шесть метров, нос венчает массивный лобастый мотор, а крылышки кажутся насмешкой над законами гравитации. Авиаторы того времени скептически ухмылялись: «Это чудище способно летать?» За штурвал садится сам Валерий Чкалов. Прогрев, рев девятицилиндрового сердца М-22, короткий разбег — и машина свечой уходит в серое московское небо...

Помните этот кадр? Сумерки, седая пыль полигона и массивный силуэт бронированной машины, из амбразур которой на мир смотрят два зловещих, рубиново-красных ока. Словно перед нами не плод инженерной мысли уральских танкостроителей, а былинный дракон или оживший терминатор. Т-90 в свое время наделал шума на международных выставках именно благодаря этой инфернальной физиономии. Маркетинг вышел отменный, спору нет. Но армия — институт прагматичный до мозга костей. За красивые «глазки» миллиарды рублей казенных денег никто платить не станет...