БэДэ - Без Дивана

Зал №13. Искали долго, между 12 и 14 его не оказалось, повернули налево, вбежали в длинную комнату: сплошные ряды занятых стульев. С трудом отыскали два места в самом конце. Зал продолжал заполняться, люди спрессовались у входа. Ведущая в чёрном костюме повторяет в микрофон: «Раз, раз, раз - проверка слуха». Муж принёс книгу «Немецкие тетради». Я открыла, пробежалась по оглавлению - незнакомые фамилии, много фотографий. Взялась читать, увлеклась. Неожиданно все захлопали, защелкала камеры телефонов. На кафедре появился Познер Владимир Владимирович, веселый, в знакомых очках и легкой, полосатой сорочке...

Старик Камаров недавно был молодым. Успел закончить сложный факультет – радиофак, жениться два раза и родить сына Паню (Панкрата), который тоже успел закончить радиофак. Я познакомилась с Саней, так раньше звали Камарова, когда он был весёлым, в меру пьющим и удачно разведённым мужчиной средних лет с приятными перспективами. Саня умел лихо щёлкать зажигалкой, иронично улыбаться в ответ на плохие шутки, рисовать весёлых мышат на сигаретных пачках и небрежно накидывать на плечи замшевый пиджак. После...

Почти у каждой бывает муж. Некоторые их меняют, другие живут с ними долго (меняют любовников). Есть такие (немного) – они живут с одним мужем и не хотят ничего менять. Но тут вмешиваются еще одни – они хотят вырвать ваш кусок, чтобы сгрызть его крепкими зубами и выплюнуть. Так случилось у желчной преподавательницы биологии, назовём её Изольда Николаевна (Иза). У неё был муж – Пётр Евгеньевич (Петушок). Жили так долго, что истоптали бордовый ковёр, подаренный на свадьбу. Петушок исправно ходил на работу в паспортный стол, по воскресеньям делали салат с мидиями...

В тот день, когда я лишилась первого зуба – приобрела бюст. Просто купила в магазине с забавным названием «Красный карандаш». Там есть кисти, краски, альбомы, мольберты, ручки, блокноты, грифельные доски, подрамники и холсты. На нижней полке сгрудились гипсовые бюсты, стояли тесно. Сверху виднелись только шапки, лысины, бороды и кепки. Я присела и стала их узнавать. Толстой, Чехов, Ленин, Гоголь, Мусоргский, снова Ленин, незнакомый кто-то, опять не узнаю. Я перебралась во второй ряд: Жуков, Зайцев, Блок, Маяковский, снова Ленин...

Кружил и плясал Новый год. Буйный праздник с продолжением. С беспечным шатанием по увешенным гирляндами улицам, с канонадами салютов, с вездесущими ёлками и лихими Дедами Морозами. По причине отсутствия на новом месте старых друзей, праздник мы отметили скромно: бокалом шампанского вместе с фейерверками в рамке окна. Утром решили навестить Мабилон, вышли на улицу и поразились безлюдью. Шёл только снег и мы. Электричка была чиста и пуста, оттого и по рельсам летела быстро. Когда мы вышли на станции она, оставшись совсем одинокой, пустилась в свободное путешествие...