Оля Крепелина

Девочка остановилась бежать, только когда совсем уже. Совсем-пресовсем пересохло во рту и стало больно дышать. Она посмотрела назад, откуда бежала. Потом посмотрела вперед, куда предстояло бежать. И с той, и с другой сторон подступал мрак, так что девочка глянула наверх, на потолок. Лампочка там не очень-то и светила, зато гудела противно, как сто тыщ ос в маминой банке. Тогда она посмотрела на пол, на старый линолеум. Подумала, что его лет сто, наверно, не подметали. Звать кого-то на помощь не имело смысла - это мы проходили...

Папа вытащил дедушку во двор, потому ча дедушка не умеет ходить четыре года. Потом вышла мама, она несла тазик, в котором купаются. Но они не хотели купаться. Дедушкины глаза не открывались, потому ча обросли бородавками. Они торчали и не давали ему смотреть. А некоторые были длинные и свисали. Дедушка хотел облизать их языком, но у него не получалось. Папа разрезал дедушкин животик кухонным ножом, и оттуда показались кишки. Я думал, кишки бывают розовые, но у дедушки они были черные и тоже обросли...

Тук-тук-тук! - Мама, кто-то стучится! Мама сидела в кресле возле окна и занималась вязанием. Надо было связать кофточку для Марины Сергеевны. Какой-никакой, а приработок к учительской зарплате. - Мама, стучатся... - Наташа, садись, наконец, делать уроки, - не отрываясь от работы, сказала мама. Тук-тук-тук! - А! Вот опять! - Что опять? Они жили в однокомнатной квартире на первом этаже, и дядя Вася на той стороне двора чинил свой "москвич". - Стучатся... ой, снова... - девочка даже вскрикнула, как если бы ее укололи иголкой...

Легкий летний вечер в нашем дворе был в самом разгаре. Мамаши гуляли с малышами. Одна женщина в брюках выгуливала собаку, пуделя пегой масти. Мужики возле голубятни пиво пили из банки, в дурака перекидного играли. Ну, еще Витька из второго подъезда, как всегда, на своем велике. Девчонки же у заборка через скакалку прыгали. Подошла к ним старушка в платке. Так, мол, и сяк, где тут девочка бóльненькая проживает. Подруги сразу сообразили, что речь о Таньке из первого подъезда, которая уже месяц как из дому не выходит...

Жила-была одна девочка. И хотела она написать рассказ. И не просто рассказ, но в котором будет ровно тринадцать страниц. Как-то летом, в деревне, куда девочка уехала отдыхать к бабушке, приключился такой случай. Девочка уже заканчивала свое произведение, как раз подбиралась к странице № 13. Но стояла жара, так что девочка решила сходить на речку, искупаться. А еёшняя бабушка, носившая искусственную челюсть, в это время пекла блины. Да и пустила рукопись в печку, для растопки. Прямо туда. Думала, чё бумажкам пропадать? Когда узнала об этом, девочка плакала-плакала, но потом перестала...