Рыськины рассказы

Там, где кончался асфальт последней улицы, начиналась тайга. Почти сразу без переходов — вот пятиэтажки, вот детская площадка с ржавыми качелями, а вот уже стена темного, пахнущего смолой и сыростью леса. Город назывался Пригорье, но никаких гор вокруг не было — только бескрайнее зеленое море, подступавшее почти к самым окраинам. Мы с Мишей и Витькой сидели у меня в пятиэтажке на окраине. Сидели на кухне за столом, покрытым клеенкой с выцветшими розами, пили теплый «Янтарь» и обсуждали, как Витька уезжает через неделю в Питер — учиться...

Все истории основаны на реальных событиях и дополнены больной фантазией автора:) Окно пункта выдачи заказов было заляпано следами от дождевых капель. За ним копошился серый осенний вечер. У Сергея на часах оставалось чуть больше двух часов до конца смены, и это время текло, как густой, сладкий сироп – медленно и вязко. Завтра был выходной. Полноценный, выстраданный, вырванный у вечного цейтнота выходной. Планы были просты и гениальны: диван, сериал, две сонные кошачьи морды рядом и полная, блаженная тишина...

Все истории основаны на реальных событиях и дополнены больной фантазией автора:) Марина сидела за стойкой пункта выдачи, ощущая каждый мускул в теле как отдельную боль. Десять смен подряд - начальник отговаривал, но она настаивала, что хочет поработать, не вдаваясь в подробности. Подробностями были разбитое сердце, пустая квартира и мысли, которые нужно было заглушить усталостью. Оставалось всего полчаса до конца десятой смены. Девять вечера. За окном, разрисованным морозными узорами, зимняя тьма...

Вчерашний вечер Алиса помнила лишь обрывками. Смутные картинки: смех подруг, липкие от чего-то сладкого бокалы, громкая музыка, от которой дрожали стены. Главным же с утра была раскалывающаяся голова. Казалось, череп вот-вот треснет пополам. Она лежала, уткнувшись лицом в прохладную подушку, и молилась о тишине и темноте. Но дверь в комнату открылась. На пороге стояла мать. Молча. По ее собранным, жестким губам, по бровям, сведенным в одну черту, по тому, как она держала руки, скрестив их на груди, было ясно: шторм уже здесь, и он будет ураганным...

Сергей молча сидел в кресле у больничной койки, наблюдая, как Светлана спит. Её лицо, когда-то такое живое и лучезарное, теперь было обтянуто бледной кожей, тени под глазами казались фиолетовыми синяками. Рак. Четвёртая стадия. Слова врача ещё звенели в ушах: «Мы сделали всё, что могли. Теперь только паллиативная помощь». Он взял её руку, такую лёгкую, почти невесомую, и сжал в своих ладонях. За окном медленно темнело, город зажигал огни, жизнь шла своим чередом. А здесь, в этой стерильной комнате, его вселенная медленно угасала...

На планете Артариус, чье имя теперь звучало как горькая насмешка*, война началась утром. Она пришла не с грохотом бомбардировщиков. Она пришла в тишине, с едва заметными на экранах радаров точками, запущенными из-под земли и из глубин океана. Ядерный апокалипсис был стремительным и эффективным. Воспитательница Айла услышала вой сирен, заглушивший детский смех. В ее «Грашче**», детском саду в Восточном Альянсе, процедура была отточена до автоматизма. Сорок секунд — и все двадцать три ребенка, от трех до шести лет, уже бежали за ней по светящемуся коридору в подземное убежище...

Компания расположилась в уютной гостиной, в мягких креслах и на диване. За окном стемнело, и разговор сам собой скатился к страшным и таинственным историям. — Слышал я одну историю, — начал Антон, приглушив голос для драматизма. — Про мальчика. Приехал он с мамой в гости к родне. Зашли в подъезд, вызвали лифт. Двери на этаже с лязгом открылись... а кабины не было. Шахта — черная, пустая. Мальчик был первым у двери, сделал шаг вперед и рухнул вниз. В комнате повисла тишина. Две девушки, Катя и Лиза, замерли...

Ранним воскресным утром в квартире Светланы зазвонил телефон. Несколько секунд Светлана не реагировала на него, надеясь, что всё это прекратится и можно будет досмотреть интересный сон, но звонивший попался очень настойчивый. Светлана взяла трубку, машинально взглянув на часы. Часы ехидно показывали 6:30 утра. Мысленно пожелав неизвестному звонившему всех благ, она нажала кнопку «Ответить». — Добрый день, это вас беспокоит компания «Не болтай» – ваш оператор сотовой связи, — радостно прощебетала в трубку девушка...

Жила-была девушка, для которой любовь была подобна яркому фейерверку — она жаждала, чтобы всё искрило, горело и взрывалось эмоциями. Спокойная гавань казалась ей скучной, тихое счастье — пресным. Она постоянно придумывала бури в стакане воды: ревновала без повода, раздувала конфликты из ничего, создавала драму на пустом месте. Ей нужен был накал, адреналин, страсть — иначе жизнь казалась серой. Познакомилась она с парнем — добрым, терпеливым. И начала его изводить: проверки телефона, сцены из-за коллег, слезы без причин...

В это холодное туманное утро Андрей вышел на крыльцо, держа в руке потрепанный рюкзак. Накрапывал мелкий дождик словно сама природа оплакивала солдата, уходящего на войну. Вероника стояла на ступеньках, завернувшись в потертый плед, который пах лавандой и воспоминаниями. Ее пальцы сжимали маленький серебряный крестик — единственную ценность, доставшуюся от бабушки. — Возьми, — прошептала она, вкладывая ему в ладонь еще теплый от ее руки металл. — Пусть защищает. Андрей хотел что-то сказать, но слова застряли в горле...

Жил-был парень по имени Артём, который зачитывался книгами о попаданцах. Его комната была завалена томами, где герои, попав в прошлое, наставляли глупых правителей на путь истинный, изобретали порох на триста лет раньше срока или помогали Советскому Союзу выиграть войну за неделю. Сам он, конечно, мечтал о том же. И вот однажды, когда он, как обычно, шёл по улице, обдумывая план индустриализации Древнего Рима, перед ним вдруг возникла светящаяся арка. Серебристая, мерцающая, она висела в воздухе, нимало не заботясь о законах физики...

Выпускницу педагогического вуза Светлану судьба, в лице министерства образования, швырнула в глухую деревню, затерянную среди лесов и полей. Рулетка распределения указала на небольшую деревню Заречная. Реальность оказалась жесткой. Деревенский детский сад «Колосок» был единственным на три населенных пункта. А недавно, сбежала последняя воспитательница, не выдержав адской нагрузки: почти пятьдесят разновозрастных детей на одну женщину. Заведующая, появлявшаяся раз в неделю, и которая также была одна...