travelwithabook

Взял книгу в руки и немедленно почувствовал себя умным На самом деле нет. Среднестатистического одномерного читателя разбаловал научпоп. В наши дни про всё от теории струн до эволюционной биологии можно прочитать на доступном обывателю языке, не особенно напрягаясь. С Маркузе не напрягаться не получится. "Одномерный человек" - это классическая академическая работа, с которой без ученой степени по философии или словаря не справиться: Оно остановится препятствием для замыкания универсума дискурса и проведения, так как открывает путь развитию понятий, дестабилизирующих и трансцендирующих замкнутый универсум через осознание его историчности...

У меня не очень-то хорошо обстоят дела с русской литературой (да и не люблю я её, чего уж там), поэтому имя автора мне было незнакомо. Пришлось идти спрашивать у интернета всемогущего. Влади́мир Алекса́ндрович Шаро́в (7 апреля 1952, Москва — 17 августа 2018, там же) — российский прозаик, поэт, эссеист. Кандидат исторических наук, - вот что сразу сообщила Википедия. Мне подумалось, что вот они пришли - мои два часа персонального ада. Ну чем это еще могло оказаться, если не экспериментами с формой, замешанными на древнерусской тоске? Оказалось, что всё не совсем так. Первая часть сборника - это стихи, написанные с 1974 по 1979 год...

Моё афро сильнее чем твоё афро Нигерийка Ифемелу сидит у плетельщиц в парикмахерской и рефлексирует по поводу своей жизни в Нигерии и Америке. Порефлексировать можно вволю - сидеть-то аж шесть часов.  "Американха" сначала читается как роман про любовь, потом как книга про эмиграцию, а потом - просто как не пойми что.  В любви всё предсказуемо: он, она, химия и обстоятельства. Но потом всё равно он, она и химия - в лучшиих традициях голливудских фильмов. С эмиграцией тоже всё более или менее понятно: обживаться в новой стране, менять привычки и прогибаться сложно. Ифемелу это показалось потешным только задним числом...

Невеликие географические открытия В этом доме чудесами потчевали регулярно, и она ничему уже не удивлялась. Однажды в моем доме появится собственная домашняя библиотека, и я там соберу книги писателей из тех стран, которые меня интересуют. Книги будут расставлены по географическому признаку, и без таких как "Красота - это горе" не обойдётся. Это не книги, которые ты выбираешь, но книги, которые с тобой случаются. А если точнее - это географические открытия, не вставая с дивана. Норвежская сушёная треска, красная пыль из Африки, японская церемонность - это всё уже было. А теперь появилась еще и Индонезия, в которой я побывать пока еще не успела...

И длилось наше путешествие столько же — тысячу дней и ночей. А тысяча первый — стал праздником, днем нашего возвращения домой. На излёте первой мировой войны, на фоне голода и войны гражданской петроградских детей собирают в колонии и отправляют "подкормиться" на три месяца на Урал. Никто из родителей и детей подумать не мог, что путешествие растянется на целую тысячу дней, а вернутся дети не с Востока, а с Запада... Первое слово, которое приходит на ум после прочтения книги - "удивительно". Раз. Удивительно, что про эту историю так мало сказано и написано несмотря на её масштаб - всё же речь идёт о тысяче человек и о кругосветном путешествии...