Листая старый свой дневник

Даша ехала в деревню к бабушке Маше с лёгким трепетом в душе. Ей исполнялось восемнадцать — возраст, когда мир кажется огромным, полным возможностей, а будущее манит неизвестностью. К тому же она поступила на журфак — ещё один повод для радости. Два праздника в одном: день рождения и начало новой жизни. Поезд медленно катил мимо полей, залитых золотистым светом раннего утра. Даша прижалась лбом к прохладному стеклу окна и улыбнулась. За окном мелькали берёзовые рощи, зелёные луга, перелески, окутанные лёгкой дымкой тумана...

Даша росла в небольшом городке, окружённом густыми сосновыми лесами и прозрачными озёрами. Воздух здесь был таким чистым, что, казалось, его можно было пить — глоток, и силы прибавляются. Но детство Даши нельзя было назвать безоблачным: родители погибли, когда ей было всего семь лет. С тех пор её воспитывал дедушка — седовласый, крепкий старик с добрыми глазами и шершавыми руками, которые знали толк в работе. Он был столяром, мастерил мебель, и в его мастерской всегда пахло древесной стружкой и лаком...

Раннее утро в небольшом городке начиналось с привычного шума: гудки машин, голоса соседей, звон посуды из открытых окон. В одном из домов на окраине, окружённом старым яблоневым садом, уже кипела жизнь. Марина, женщина лет сорока с усталыми, но добрыми глазами, стояла у плиты. Её руки, покрытые мелкими царапинами и следами бытовой химии, ловко переворачивали блинчики на сковородке. За окном пели птицы, первые лучи солнца пробивались сквозь ветви яблонь, а в доме пахло тёплым молоком и корицей. Марина готовила завтрак для семьи: мужа Сергея и двоих детей — десятилетней Лизы и семилетнего Миши...

Настя с мужем уже давно никуда не ходили вместе. Он всегда был занят — иногда казалось, что он самый незаменимый на работе. Они часто оставались на выходные вдвоём с семилетней дочерью, Варварой — девочкой очень красивой и не по годам смышлёной. Настя догадывалась, что у её Кости кто‑то есть, но гнала от себя эти мысли. «Не может так со мной поступить мой Костя, мой любимый человек, который клялся мне в вечной любви, — шептала она про себя. — Говорил, что никогда не посмеет меня обмануть и предать…» Как же ей хотелось в это верить! На дворе была зима — красивая, волшебная...

У Насти как‑то сразу не заладились отношения со свекровью. Всё, что Настя ни делала, Ингу не устраивало. После свадьбы молодые переехали жить к родителям мужа — в просторный двухэтажный дом с ухоженным садом и террасой, выходящей на небольшой пруд. Дом казался Насте роскошным, но атмосфера в нём была тяжёлой, словно воздух пропитался невидимым напряжением. Настя понимала: ей здесь не рады. Свекровь встречала её взглядом, в котором читалось нескрываемое раздражение. Каждое утро начиналось одинаково: Инга находила повод для упрёка...