Лауренсия Маркес

Копирование текста и его озвучка без разрешения автора запрещены. Летопись Мелх-Азни «Уже на обратном пути шли мы молча. Чегарди сначала бежала впереди, потом возвращалась, подбирала с дороги палочку, бросала её и снова поднимала — словом, делала вид, будто занята великими делами. Но чем ближе показывался домик Элгура, тем заметнее становилось её беспокойство. Она то и дело оглядывалась на меня, то ускоряла шаг, то вдруг останавливалась у куста и начинала рассматривать листья с таким усердием, словно впервые в жизни увидела дерево...

Копирование текста и его озвучка без разрешения автора запрещены. Летопись Чегарди Олхудзур «Однажды встали они ещё до рассвета — так встают перед войной или перед дальней дорогой, когда хочешь застать утро врасплох, прежде чем оно успеет принести вести... Очаг в большом зале горел с ночи; кто-то из слуг подкладывал дрова, не давая огню угаснуть. Дым поднимался к стрельчатому проёму окна, тянулся в серое небо над двором, и снаружи, где ещё не рассвело, слышались уже голоса дружинников — не тревожные, деловые: так говорят люди, перед которыми стоит задача и которые знают, что им нужно делать...

Копирование текста и его озвучка без разрешения автора запрещены. Летопись Мелх-Азни «Ждать посвящения, казалось мне, гораздо тяжелее, чем принимать его: день за днём я мысленно видела пред собою жреческие белые одежды, жертвенник для священного огня и обет, который навсегда отнимет у меня право на собственное сердце… Но прошлой ночью сердце моё снова ожило — и потому ожидание это стало безысходным. А утро в лесном домике начиналось с огня. Ещё не рассвело, но в очаге уже тлели угли, и Элгур, сидя на низкой скамье у стены, подбрасывал в них тонкие, сухие можжевеловые ветви...

Копирование текста и его озвучка без разрешения автора запрещены. Торола, Леча, Берлант Время не текло — оно ходило кругами, как волк у ночного стойбища, оставляя на камнях одни и те же следы. И, если прислушаться к тишине перед рассветом, можно было услышать, как скребётся оно в башенную кладку, и понять: этой ночью Торола снова станет свидетелем того, что не должно повторяться. Ночь в Мелхисте поднималась снизу, из ущелий, как вода в половодье: беззвучно, настойчиво, пока не зальёт камни, крыши и души, и входила в башню вместе с сыростью камня, с запахом мокрой хвои и далёкого дыма...