Исток

Я читал про чекистов, расстрелы и жертвы ГУЛАГа. При Хрущёве встречал, как и все, коммунизма зарю. Но на нижнюю полосу нашего нового флага Почему-то сейчас с ностальгией и болью смотрю. Он трёхцветный теперь, шелковистый, атласный, опрятный. Вроде тот же размер, почему, объяснить не могу, Как увижу его, непонятно мне и неприятно Золотистой эмблемы отсутствие в красном углу. Серп и молот забыты. Повсюду теперь перемены. Отошла к кумачу всенародная наша любовь. Что прошло, то прошло, но рабоче-крестьянские гены Будоражат мою либеральную в общем-то кровь. Может быть, от того, что на знамени том отпечатки Стольких судеб и губ, сколько нас присягало на нём...

Друзья мои, Где, на каком снегу Следы от ваших ног сегодня тают? В стихах опять за вами я бегу: Зову, ищу вас, С памятью взлетая, То к звёздочке на шпиле МГУ, То к звёздочкам, что лепят на погоны, То к звёздам по ночам на берегу Атлантики Воюющей Анголы. И к звёздочке, той, ясной навсегда, Далёкой, как ушедшие года. Из ваших, мной не познанных стихий, Из тайного и вечного пространства Я вас привел к себе:в свои стихи, В мир хрупкого и скромного убранства. В реальности моей полно вина. И мы за юность поднимаем чаши. На улицах у нас совсем не страшно- Не убивают здесь за ордена. И дети здесь не умирают, нет, Едва взглянув на поднебесный свет...

Сижу как у разбитого корыта У карты мира, у карты мира. Нет белых пятен, всё уже открыто, От Антарктиды до Памира. Всё сделано в эпоху Возрожденья. Веков на пять я опоздал с рожденьем. Нет ни одной вершины безымянной. Безрезультатно глазами шарю По параллелям и меридианам, По полушарьям, по полушарьям. Всё без толку! Ну, что за наказанье, Кругом одни знакомые названья. Я перерыл все атласы на свете. Решить проблему казалось просто, Ведь должен же остаться на планете Один хотя бы безлюдный остров. Где левых нет, а заодно и правых, Где нет плевков с окурками на травах. Где вместо вечных...

Это всё пустое, пустое, пустое, И не стоит слёз твоих, не стоит. У меня желание простое: Вывести бы душу из застоя. Вытащить бы разум из дурмана. Чтоб всё было сразу, без обмана, Чтобы утро было без тумана И слагались песни без изъяна. Чтоб гитара пела, а не ныла, И слова чтоб были с жару, с пылу. Чтобы, если б даже изменила, Всё равно бы ты не разлюбила. А это всё пустое, пустое, пустое. И не стоит слёз твоих, не стоит. И совсем не рядом смерть с косою, И ещё мы по траве с росою Побежим, чтоб пятки засверкали. Полежим потом на сеновале, И рванём вдвоём в такие дали, Что отыщут нас с тобой едва ли! По тропе лосиной, где осины, Храм найдём красивый, С верхом синим...

Дельфины мы: нарвалы, афалины. На свете нет животных веселей. Блестящие, лоснящиеся спины На фоне ваших ржавых кораблей. Мы плаваем,не соблюдая румба. У нас ни лоций, ни маршрутов нет. Мы провожали в плаванье Колумба И с Магелланом огибали свет. Мы помним гибель вашей Атлантиды И как Фаросский полыхал маяк, И как друг другу смертные обиды Вы, люди, наносили на морях. Но эта злая не для песни тема. Мы просто не по - вашему живём. У нас иная нервная система: Друг друга мы не топим и не бьём. Без злобы мы и вредных увлечений, Со всякой тварью в дружбе вековой. Детенышам своим развлечений В бассейнах не содержим никого...

Покупаю гитары, пианино,органы, Домры, гусли и бубны, ложки у ложкарей. Принимаю клавиры,партитуры и гаммы. Скоро кончатся деньги-подходите скорей! Камертоны, пуанты (пригодится и это), Дирижёрскую палочку, Медь от струны, Ариозо, куплеты, Оперетты либретто, Гимн когда-то Великой Музыкальной Страны Просыпаются веки. Удивляются лица. Слухи лучше рекламы Разлетелись окрест. Вдруг в каком-нибудь веке Это всё пригодится. И опять на Планете Заиграет оркестр. И опять затанцует С Болконским Ростова Моцарт выпьет с Сальери За здоровье друзей...

Когда белизной полыхали снега, Я руку и сердце Зиме предлагал. Она отвечала: Ты слишком горяч. С таким ненормальным не будет удач.- Чуть позже в прозрачном апрельском лесу: Не хочешь ли замуж?- спросил я Весну. Сказала она: За тебя - никогда. Ты старый и хмурый, а я молода.- Я сватался к Лету, по пояс в цветах, Ему же даря их в газетных кульках. Оно рассмеялось на бредни мои: Я среднего рода, не выйдет семьи!- Моя золотая, иди за меня!-, Под струны гитары пел Осени я...

Я видел страны и города иные - Их внешний лоск меня порою злит. Я рвусь душой в московские пивные, Где даже «Пильзень» чуточку кислит. Где запах хлорки и селёдки с пивом. Дым сигарет клубится в вышине. Где не прошу, а "требую долива", Но всё равно не доливают мне. Бездельникам пристанища дневные. Пол моют бабки, вёдрами гремя. Я так люблю московские пивные, Особенно, где пиво пьют стоймя. Кому-то ближе церкви, минареты И синагоги, мне ж уютней здесь- Здесь вобла на газетах, где портреты Секретарей ЦК КПСС. Здесь на разливе Людочка Козлова. Здесь словно в бане равенство всех прав. Вот, журналисты, где свобода слова...

Песня анонимного алкоголика Продам свой самогонный аппарат. Канистру с брагой подарю соседу. В меня введён смертельный препарат С чудным морским названием «Торпеда». Старухи шепчут: Месяц, как не пьёт... Не может быть... И ходит на работу...» Во мне сидит теперь автопилот, Кричит: Нельзя! - когда поддать охота. Меня он водит мимо кабаков. Ведет к семье, домой прямой наводкой. Я снова вспомнил тайнопись стихов И книги перестал менять на водку. Со мной опять любезен рыжий кот. За тридцать дней не выпил я ни грамма. Во мне как в сейфе установлен код. Я зашифрован как радиограмма...

Пока наши души летят за облака, Посмотрим на всё свысока, издалека Успеем увидеть наших убийц и жён. Успеем слезинку пролить вместе с дождём. Проститься успеем с надеждой и болью своей. Без нашей защиты оставшихся наших детей Дыханьем последним успеем коснуться слегка, Пока наши души летят за облака. Пока наши души летят за облака, Успеем шепнуть мы друг другу: до встречи, пока!- Успеем признать непомерную нашу вину За то, что решили сыграть в эту мини-войну...