Ольга Пантелеева

Прямо физически: ладони потеют, тело каменеет, внутри становится очень тихо и сжато. Это конкретное телесное ощущение, которое я хорошо знаю. И, представьте, я не пошла его «прорабатывать». Не стояла на краю крыши ради доказательств, не прыгала с тарзанки и не занималась самовнушением. У меня не было задачи избавиться от этого страха. И что там ещё обычно показывают в фильмах про психологов? Ох уж этот киношный образ. Психолог собранный, спокойный, решает всё на раз-два: в туннеле не на него несётся паровоз, а он сам навстречу — и паровоз сворачивает. В жизни так не бывает. Психолог живёт обычную человеческую жизнь...

А мы до сих пор делаем вид, что можем без отдыха. И не только мы. Есть фраза в книге Михаила Литвака (психиатр - психотерапевт) про то, что если у человека есть интересное дело, ему не нужны праздники. Её любят цитировать, особенно те, кто давно живёт в режиме «соберись и терпи». Я с этой мыслью не согласна в принципе. Но об этом в другой раз. А сейчас скажу, что Уинстон Черчилль был прав. Он руководил Великобританией во время войны, принимал решения под колоссальным давлением и точно знал, что такое ответственность. При этом считал отдых обязательной частью работы. Не наградой и не слабостью, а условием сохранения ясной головы...

Сегодня Крещение. И каждый год в этот день я ловлю себя на одной и той же мысли. Люди делают очень разные вещи. Кто-то окунается в прорубь. Кто-то набирает воду и ставит бутылку «на всякий случай». Кто-то зажигает свечу. Кто-то просто старается провести день в тишине. И мне всегда было интересно даже не что именно делают, а зачем. Потому что в такие дни хорошо видно: традиции редко про сам обряд. Чаще — про опору. Про ощущение, что в жизни есть что-то повторяющееся и понятное. Что-то, что не требует решений и объяснений...

Есть момент, о котором редко говорят сразу. Он приходит потом, когда вроде бы всё сделано правильно. Люди начинают отдаляться, где-то становится меньше общения, где-то появляется неловкость. И почти всегда вместе с этим появляется вина. Тихая, липкая. «Может, я зря». «Может, можно было иначе». «Может, со мной что-то не так». Вот, например, женщина. Взрослая, умная, давно в терапии. Она перестала ездить к родственникам каждые выходные. Её эти поездки утомляли, она была фактически обслуживающим персоналом. Привезти, помочь. Всё хорошо, если это не становится обязанностью по расписанию, составленному не ею...

Ещё парочка историй с моими комментариями. Я часто вижу это в работе. И каждый раз примерно одинаково. Человек говорит: «Я вроде ничего такого не сделал(а). Не ругался(лась). Не конфликтовал(а). Просто стал(а) по-другому реагировать». И правда, ничего резкого. Вот, например. Женщина, чуть за сорок. Подруга, с которой много лет были на связи. Созванивались часто. Много говорили. В основном — о жизни подруги. Про работу, про мужчин, про то, как всё сложно. Женщина слушала. Умела слушать. Поддерживать. Считала, что так и выглядит близость. А потом в какой-то момент заметила одну простую вещь: после этих разговоров у неё всегда портится настроение...