Елена Малозёмова

ЕЛЕНА МАЛОЗЁМОВА В край забвенья, в сень могилы, Как слоны на водопой, Ангелы и крокодилы Общей движутся толпой. Вадим Шефнер Какие-то странные воспоминания приходят в голову… Стоит светлый тёплый ласковый вечер. То ли апрель в городе, то ли сентябрь. А мы идём с Иркой по залитым солнцем улицам. Нам по четырнадцать лет. Ума мало, а фантазия бьёт ключом. Мы придумали себе новую игрушку: здороваться с идущими навстречу людьми и наблюдать за их реакцией. Кто-то сосредоточенно кивает, не интересуясь,...

ТРЁХКОПЕЕЧНАЯ РАПСОДИЯ О, вот и трамвай! Слава богу, не пришлось долго ждать в темноте и на морозе. Талгарская. Конечная остановка, сами понимаете, имеет свои плюсы: можно занять удобное место, так, чтобы и не у самого выхода, но и не слишком далеко. А то потом, на своей остановке, тяжко продираться в толпе. В салоне холодно. Трамваи тогда не отапливались. Но ничего, скоро набьётся куча народу, надышат и станет вполне себе нормально. Я уселась у окна, трамвай мелодично звякнул и тронулся. Улицы не видно, потому что все окна в салоне разрисованы красивыми ледяными белыми перьями...

Как странно, одна брошенная в пространство фраза может навести на кучу интереснейшей информации, заставить вспомнить детство, полюбоваться передвижниками, послушать Шаляпина, вспомнить большевиков и ещё всего-всего разного и много. Лет 11-12 мне было, когда мама купила мне прекрасно изданную книгу о передвижниках. Я листала её глянцевые страницы, читала о жизни художников и часами застывала над хорошо выполненными иллюстрациями картин. О художниках автор рассказывал трепетно, без нынешней бесконечной желтизны...

ОСКОЛКИ Кто о чём, а я опять о книгах. Хорошо ли, плохо ли, но так меня воспитали, с этим я выросла и живу. И сегодня хочу рассказать почти волшебную историю. Ещё бы, ведь и книжка эта - сама настоящая сказка. И да, как и положено в рождественской сказке, в этот день за окном падал снег. Декабрьский снег. Это был первый настоящий снегопад той зимой. Крупные хлопья торжественно и тихо ложились на всё пространство за окном. Мы договорились с Олькой, что пойдём вечером кататься на санках, позаимствуем у кого-нибудь из соседских детишек...

- Не, Оль, ну ты сказала! Что, вообще ни с кем не разговаривать? Просто идти молча? А если спросят, который час? – возразила я, игриво помахав на прощание ручкой двум ребятам-грузинам, с которыми летела в самолёте. - Послушай, дорогая, ты в Одессе. Это тебе не Алма-Ата. Здесь народ в смысле знакомств на улице суровый. Замучаешься убегать, - Оля внимательно проследила взглядом за моей рукой. - Вообще забавно, - надулась я. – Только успела прилететь, ещё города не видела, а уже ограничения. - Ну, так что ж… - сурово сказала Олька...