Елена Малозёмова

ЕЛЕНА МАЛОЗЁМОВА В край забвенья, в сень могилы, Как слоны на водопой, Ангелы и крокодилы Общей движутся толпой. Вадим Шефнер Какие-то странные воспоминания приходят в голову… Стоит светлый тёплый ласковый вечер. То ли апрель в городе, то ли сентябрь. А мы идём с Иркой по залитым солнцем улицам. Нам по четырнадцать лет. Ума мало, а фантазия бьёт ключом. Мы придумали себе новую игрушку: здороваться с идущими навстречу людьми и наблюдать за их реакцией. Кто-то сосредоточенно кивает, не интересуясь,...

ТРЁХКОПЕЕЧНАЯ РАПСОДИЯ О, вот и трамвай! Слава богу, не пришлось долго ждать в темноте и на морозе. Талгарская. Конечная остановка, сами понимаете, имеет свои плюсы: можно занять удобное место, так, чтобы и не у самого выхода, но и не слишком далеко. А то потом, на своей остановке, тяжко продираться в толпе. В салоне холодно. Трамваи тогда не отапливались. Но ничего, скоро набьётся куча народу, надышат и станет вполне себе нормально. Я уселась у окна, трамвай мелодично звякнул и тронулся. Улицы не видно, потому что все окна в салоне разрисованы красивыми ледяными белыми перьями...

Как странно, одна брошенная в пространство фраза может навести на кучу интереснейшей информации, заставить вспомнить детство, полюбоваться передвижниками, послушать Шаляпина, вспомнить большевиков и ещё всего-всего разного и много. Лет 11-12 мне было, когда мама купила мне прекрасно изданную книгу о передвижниках. Я листала её глянцевые страницы, читала о жизни художников и часами застывала над хорошо выполненными иллюстрациями картин. О художниках автор рассказывал трепетно, без нынешней бесконечной желтизны...

ОСКОЛКИ Кто о чём, а я опять о книгах. Хорошо ли, плохо ли, но так меня воспитали, с этим я выросла и живу. И сегодня хочу рассказать почти волшебную историю. Ещё бы, ведь и книжка эта - сама настоящая сказка. И да, как и положено в рождественской сказке, в этот день за окном падал снег. Декабрьский снег. Это был первый настоящий снегопад той зимой. Крупные хлопья торжественно и тихо ложились на всё пространство за окном. Мы договорились с Олькой, что пойдём вечером кататься на санках, позаимствуем у кого-нибудь из соседских детишек...

- Не, Оль, ну ты сказала! Что, вообще ни с кем не разговаривать? Просто идти молча? А если спросят, который час? – возразила я, игриво помахав на прощание ручкой двум ребятам-грузинам, с которыми летела в самолёте. - Послушай, дорогая, ты в Одессе. Это тебе не Алма-Ата. Здесь народ в смысле знакомств на улице суровый. Замучаешься убегать, - Оля внимательно проследила взглядом за моей рукой. - Вообще забавно, - надулась я. – Только успела прилететь, ещё города не видела, а уже ограничения. - Ну, так что ж… - сурово сказала Олька...

Станислав МАЛОЗЕМОВ, Елена МАЛОЗЕМОВА Поколение, которому сейчас около пятидесяти и старше, само помнит, а те, кто помоложе, обязательно слышали рассказы отцов и бабушек о том, что в начале шестидесятых на любимом городском Никольском рынке действовала банда преступников-шашлычников, которая кормила население ослятиной, то есть шашлыком из мяса ишака. И долго еще потом люди брезговали есть шашлык на Никольском. Народная молва в этом случае возникла на ложном слухе, но зато уж точно - не на пустом месте...

ОСКОЛКИ С УЛИЦЫ БЕБЕЛЯ-2 - Не хочу вас расстраивать, Софочка, но евреев в Одессе почти не осталось… - произнесла горестным контральто ветхая, но всё равно красивая, умело накрашенная старуха. - Таки да, - грустно кивала головой пышная, вся в рюшечках, Софочка...

В самом центре Одессы, на бывшей улице Еврейской, а ныне имени товарища Августа Бебеля, я ползала на карачках по грязному коридору коммуналки и мыла полы. Ясное дело, что в мои планы данное мероприятие...

Много-много лет подряд первого апреля я просыпалась под отцовское горестное восклицание: "Лена, снег!" Маленькой я бежала к окну проверять: чаще снега не было. Алмаатинский климат любит такие сюрпризы: вчера было плюс двадцать семь, а сейчас на термометре до двух градусов не доходит...

- Так, ваша светлость, - хитро сощурясь, сказал папа. – Чуть не забыл тебе новую книжку отдать. Такую книгу обязательно надо прочитать. Без неё никак. Ну, этого он мог бы мне и не говорить. Это было, что называется, обязательно к исполнению...

Давно это было. В другой стране, с другими людьми и как будто не со мной. Но было, помню. Помню себя бегущей по коридорам поликлиники и прижимающей к груди кучу больничных карточек. Я закончила первый курс института и была свободна как птица...

Ехали цыгане, Кошку потеряли. Кошка сдохла, хвост облез. Кто промолвит, тот и съест!