Размышления о жизни и людях

В поле ее зрения вдруг попал комар, медленно летящий вперед сквозь редкие, кружащиеся в воздухе снежинки. Почти сюрреалистическая картина – конец декабря, относительно тепло, серый, безветренный, влажный день и трепещущий прозрачными крылышками комар, исчезающий за завесой тумана и хороводом снежинок. Таня, поддавшись неожиданному порыву, пошла вслед за комаром. Он летел так неторопливо, что казалось, вот-вот застынет на месте и впадет в анабиоз, как и положено насекомым зимой. Миновав несколько маленьких двухэтажных домов, они приблизились к заснеженным зарослям кустов и деревьев...

Утро за окном звенело, щебетало, врывалось в комнату, щекотало теплыми лучами солнца и слепило глаза. Егор сладко потянулся, прогоняя сон, вылез из-под одеяла, тихо оделся и выскользнул за дверь. Лагерь еще спал, территория была безлюдна и казалось, принадлежала в этот час только ему. Он пробежал по дорожкам в дальний угол лагеря, где за хозяйственными постройками в заборе находился лаз, от которого можно было спуститься к реке. Детский лагерь расположился на пригорке под высокими раскидистыми соснами...

Резкий звук удара подбросил Андрея Николаевича с постели. В ответ на грохот сработала сигнализация машины. Он быстро поднялся, взял ключи со стола и подойдя к окну отключил ее, затем вышел во двор. Вокруг все было спокойно и тихо. Умолкший сверчок продолжил свои трели. В глубине сада, где-то в ветвях высоких разросшихся груш и яблонь снова запел соловей. Яркая убывающая белая луна мертвенно-бледным светом заливала окрестности. Ничего подозрительного не заметив, Андрей Николаевич вернулся в дом и уснул...

Ожидание рождения ребенка переполняло Наташу ощущением безмерного счастья и любви. Все вокруг казалось прекрасным, все излучало свет и дарило радость, несло красоту. Блеклые краски августа, растворенные в утренних туманах, напоминали ей воздушные пейзажи Клода Моне, пришедшая на смену июльской жаре прохлада, дышала свежестью и чистотой, грозы, знаменующие торжественное наступление и уход лета, завораживали мощью небесных сил, сотрясая окрестности громами и ослепляя фейерверками молний. Вся природа вокруг вместе с Наташей жила предвкушением великого события: появления на свет нового человека...

Марина стояла среди улицы и ревела. Ну, почти ревела, мысленно, внешне приходилось себя сдерживать, поскольку уже не маленькая. С ее одежды стекала грязная вода. Вместе с грязью с нее стекали ее надежды, ее радость, ее предвкушение счастья, ее обещавший быть чудесным вечер. Все это ручьями бежало с нее вместе с невыплаканными слезами, благодаря какому-то грубому, невоспитанному хаму-водителю, который промчался мимо нее, стоявшей на пешеходном переходе, не снижая скорости, и окатил с ног до головы из огромной лужи...