Авторский лист

Были с Милой в издательстве, забирали книги. Говорили о судьбах литературы. Фотографировались и даже записали небольшое видео. В общем, чудно время провели.

Каждое утро я стараюсь читать одну новостную статью на английском. Потому что совсем не читать новости как-то неудобно, так что вот, совмещаю неприятное с полезным. Правда, я всё больше выбираю для чтения какие-то локальные новости, курьёзы, такое всякое. И нахожу там вещи, о которых, наверное, никто, кроме меня, не задумывается. Вот, например, возле Вермонтского университета убили тамошнего бывшего декана — Хонори Флеминг. Женщине было 77 лет. Муж — ныне вдовец — Рон Пауэрс, журналист и писатель, отхватил Пулитцера. Было двое детей: Кевин и Дин. Дин страдал от шизофрении и покончил с собой (гораздо раньше). Кевин жив. Кто и зачем убил женщину — неизвестно. Ведётся расследование. Однако меня озадачил вопрос совершенно иного рода. Хонори была деканом. Декан по английски dean. У неё был сын Дин — Dean. Это вообще нормально, будучи деканом, назвать своего сына Декан?..

Что вообще происходит? Да ничего. Основные работы над седьмым томом "Князя Барятинского" завершили на прошлой неделе. Я взял себе небольшой творческий отпуск на недельку. Со среды включусь в работы над... Тут сложно сказать. С одной стороны, это будет первая книга нового цикла, с другой - восьмой том "Барятинского". Эксперимент-с. Посмотрим, что из этого получится. Все параллельные проекты торжественно встали на паузу уже несколько месяцев как. Столкнулся я с самым страшным противником из всех, с кем меня когда-либо сталкивала судьба: с возрастом. Нездорового энтузиазма, позволяющего пахать, как стахановцу, за одну лишь идею, не осталось совсем. И если уж пахать, то хотелось бы найти что-то такое, куда не жалко было бы вложить силы и время. Очередной прорыв, выход на новый уровень. Мысли есть, но не спешу. Скоро соберусь с духом и вернусь к редактуре "По ту сторону Алой Реки". Пока это будет мой независимый сайд-проект на минималках. То есть, работа, которая рынком вообще не востребована. Прочитают отредактированную версию, может, человека два. Но такие вещи надо делать. Потому что книга очень важная в космическом плане, и недостатки формы её сильно портят. Завязал с бегом. Причина та же: не вытягиваю нагрузки. Решил, что лучше мы расстанемся друзьями, пока отношения не переросли в ненависть. До недавних пор хотел поступать на философский факультет. Начал готовиться к вступительным экзаменам. Но на прошлой неделе вдруг подумал: "А зачем мне тратить год на то, чтобы подготовиться к дебильному ЕГЭ, потом - три-четыре года на то, чтобы на заочке получать списки литературы и слушать кастрированные версии курсов, к тому же растрачиваясь на всякую общеобразовательную лабуду, да ещё платить за это 30-40К раз в полгода, когда я могу уже сейчас начать изучать философию? Вся литература есть - только руку протяни. Есть мощнейшие курсы лекций от крутых профессоров. Есть возможность в свободном режиме, по собственному разумению углубляться в любые области". Недельку подумал - не нашёл весомых доводов против такой стратегии. Диплом мне погоды не сделает. Возможность получить степень... Ну, такое. По большому счёту, тоже только понты. Начало кризиса среднего возраста, желание получить какое-то вещественное подтверждение того, что ты не зря прожил половину жизни?)) Забавное самонаблюдение. Обывательское мировоззрение становится всё сильнее, бороться с ним - всё сложнее. Иногда закрадывается мысль: а надо ли? В дискуссии с ней стараюсь не вступать. Теперь, когда на чистом энтузиазме ехать не получается, приходит пора самодисциплины, опыта и знаний. К счастью, пробелы в этих трёх областях можно заполнять в любом возрасте.

Читаю сборник «Я не верю в анархию». Это компиляция статей, интервью, так или иначе связанных с Егором Летовым. Егор — личность непростая. На протяжении восьмидесятых всем своим творчеством он буквально разносил вдребезги социалистический строй. А в девяностые внезапно переменил знамёна, запел про свою советскую Родину и стал поддерживать коммунистов. Но не абы каких, а люто радикальных, с националистским уклоном. Сейчас, с высоты прошедших лет, всё это вполне укладывается в голове, логика действий Егора понятна, если есть желание разобраться, а не просто рубануть с плеча. Тогда никто не понимал ничего. И молодёжь, воспринимающая всё буквально, просто обалдела: этот человек только что говорил им, что коммунизм — плохо, и вот, СССР нет, пришёл капитализм, и этот же человек заявляет, что всегда был коммунистом. Есть в сборнике несколько писем-обращений к Летову. Суть их проста: «Я-то думал/-а, что ты — хороший, а ты — предатель, больше я тебя не люблю». Интересная особенность человеческой психики: нам кажется, что если мы кого-то любим, то это накладывает на объект нашей любви некие обязательства. Все истории о несчастной любви строятся вокруг этого бага. Взять хоть «Гранатовый браслет», где эту идею разделяет даже не герой, но, кажется, сам автор. А я ещё в школе писал в сочинении, что Желтков — всего лишь ненормальный фетишист. Реальность такова, что человек, которого любят, не несёт за это никакой ответственности. Каждый живёт свою жизнь так, как считает нужным, ну или так, как получается. К сожалению, очевидно это не всем. Иначе к чему такие письма? Письма, из которых так и сквозит уверенность, что адресат прочтёт и разорвёт на себе одежды, посыплет голову пеплом. В детстве мы играем в песочнице, но, повзрослев, уходим на дискотеки, в библиотеки, в интернет — кому что ближе. Это не предательство: мы меняемся, меняется жизнь. Ничто не стоит на месте. Однажды сказанное не остаётся истиной навсегда. И никто никому ничего не должен. Есть коммерческое искусство, там автор подстраивается под вкусы максимально широкой аудитории и он сам заинтересован в том, чтобы его любили. Если интерес спадает, он будет анализировать причины и перестраиваться. Но Летов всю дорогу был некоммерческим. Когда замаячила перспектива стать частью шоу-бизнеса, он просто развалил группу и ушёл в леса, после чего кардинально сменил вектор и название. Я, честно, не знаю больше таких людей. Сам бы так не смог. Есть у меня, конечно, подозрение, что за этим поступком стоял элементарный страх, боязнь выйти на новый уровень. Но никаких тому доказательств нет. А факт состоит в том, что на каждом этапе своего творчества Егор был независимым, не таким, как все. Это и в текстах, и в музыке, и в общественной позиции. Он никогда не лебезил перед своей аудиторией, в открытую говорил, что «врубающихся» среди них — хрен да маленько, а остальные — какие-то выродки непонятные. Ну и зачем же мы читаем/слушаем/смотрим независимых авторов? Разве не для того, чтобы нас не облизывали, как новорожденных котят, а говорили с нами искренне, жёстко, как со взрослыми людьми? Мне кажется, именно за этим. И вот — письма, в которых Летова упрекают в том, что он — не облизывает… С такими письмами и комментариями сталкивался и я, да и ещё столкнусь. Может быть, нужно действительно оказаться по эту сторону баррикад, чтобы понять. И мне кажется, что слово «баррикады» тут более чем уместно. Между творцом и аудиторией идёт бесконечная гражданская война. И кто-то всегда побеждает. Летов ушёл победителем. Человеком, который мог позволить себе сказать и сделать практически всё, что угодно, без оглядки на фанатов. И за это я его бесконечно уважаю. А у нас эта война продолжается. Делать то, что от меня хотят, или делать то, что хочу я? Этот вопрос каждый день встаёт перед каждым человеком. И отвечая на него каждый день одинаково, человек всё дальше идёт по пути к определённому итогу.