Варюшка подняла на Захара счастливые глаза. Селиванов свёл брови, чуть заметно улыбнулся: - Что ж, Варвара… Люди ждут. Какое слово твоё? Пойдёшь ли за Захара Степановича? В это мгновенье Варя случайно взглянула в открытое окно… Прямо на неё смотрела Пелагея. У Варюшки отчего-то потемнело в глазах. Маманюшка негромко напомнила: - Подавай рушники сватам, дочушка. Сват, крёстный Захара, кивнул головою: - Коли люб тебе наш сокол ясный, – стань ему женою. А в Захаровом взгляде – цвет васильковый… И билось...
Полевые цветы
Вдоль тропинки васильки не примяты... (Часть 9)
В Ульяниной хате Пелагее доводилось работать с зорюшки дотемна: то тесто поставь на хлеб, то чугунки песочком почисти, то рушники постирай… Ещё – малых покормить да искупать, спать уложить. Иной наймычке легче бывает в чужой хате, – чем Пелагее у сестры рОдной… Ульяна не замечала, что сестра от усталости с ног валится. Лишь Тимофей, муж Ульянин, сочувственно поглядывал на Пелагею, но помалкивал: нрав у Улюшки суровый… В местной рыболовецкой артели Тимофей – кормщик: помощник и опора атамана. Командовал...
Вдоль тропинки васильки не примяты... (Часть 8)
Огонёк Захаровой самокрутки увидела издалека. Замедлила шаги, прижала к груди ладони: что же это я… можно ли это… надо домой вернуться… А сердце билось, рвалось к Захару. Захар тоже заметил её. Потушил самокрутку, пошёл навстречу. Обнял её за плечи, на мгновенье прикрыл глаза: голова закружилась, – оттого, что Варины волосы пахли горьковатой ромашковой нежностью… Варюша укоризненно… – но Захар почувствовал: счастливо… – прошептала: - Не надо, Захар Степанович… И Захар счастливо перевёл дыхание: - И ждал тебя… и не ждал, Варвара...
Вдоль тропинки васильки не примяты... (Часть 7)
В рыбацкой хате Пелагея по-хозяйски оглянулась: - Чисто. – Заботливо распорядилась: – Ты посиди, Захарушка, – притомился в мастерской-то. Я сама здесь управлюсь, сама печку растоплю. Захар спрятал в глазах улыбку. А Пелагея быстро и умело растопила печурку, кивнула за окошко: - Разыгралась метелица… уж белым-бело с степи. В печурке ласково колыхалось пламя. Захар взглянул на Пелагею: щёки её раскраснелись – то ли в отблесках огня, то ли в неясном девичьем волнении… Пелагея подошла к Захару, невесомо опустила руки на его плечи...
