Лагерный отрицала.

"Сеанс" на уголовном жаргоне означает нечто вроде наслаждения красотой. «Сечь сеанс» - приобщаться к прекрасному. Впрочем, чаще всего имеется в виду лицезрение какой-нибудь роскошной девицы («биксы», «шмары», «тёлки», «халявы», «соски», «герлы» и так далее). Причём чем меньше на ней одежды, тем «сеанс» «круче». А где зэку прикажете сечь этот самый сеанс? Ну, по телевизору — это понятно. Правда, по распорядку дня к тому времени, когда «хипишный ящик» демонстрирует эротические фильмы, дисциплинированный арестантский народ должен мирно посапывать в люльке и смотреть сны в клеточку...

В уголовном жаргоне, как и в обычном русском языке, тоже есть свои диалекты, говоры, различия в зависимости от регионов. . ..В «хату» (камеру) одного из следственных изоляторов Кемеровской области «заплывает» новый «пассажир» (так на воровском арго зовут арестантов). Поздоровавшись с честным народом, бросает «машку» на «шконку» (то есть матрац на нары). Несколько минут наблюдает, как обитатели камеры гремят костяшками домино. Затем громко спрашивает: — Братва, тараканы есть? Вопрос, конечно, неожиданный...

Конечно не все заключенные владеют «красотами слога», как поэты. А очаровать «заочниц» хочется многим. Часто – не столько из любви. «Заочница» - это прежде всего посылки, бандероли, свидания. Не зря ведь говорят, что путь к сердцу мужчины лежит через желудок. А к сердцу женщины? Тут нужны какие-то особые слова, поэзия, нежность... Без таланта не обойтись. В зоне же, как правило, собираются люди с талантом сугубо узкой направленности: «щипачи», «домушники», «медвежатники», «гоп-стопники» и проч. Поэтому поэтический дар ценится тут особо...

Утро раннее в колонии. Как поётся в блатной песенке - «идёт весёлый лагерный развод». Зэки толпятся у ворот в ожидании отправки на работу, зевают, переговариваются... - Эх, сейчас бы корочкой хлеба подавиться, сметанкой отравиться| - мечтательно тянет здоровенный арестант с «погонялом» Кошмарик. Стоящий рядом грузин Жора радостно подхватывает нить разговора: — Дарагой, а ты мацони любишь? Кошмарик непонимающе смотрит на него: слово вроде бы знакомое или напоминает что-то... Но что? Он поворачивается...

Очень популярна в кругу людей, далёких от жизни «зоны», тема так называемых «прописок» — жестоких ритуалов посвящения в арестанты. Перечислять их — язык устанет. Начиная с полотенца у двери камеры, о которое новичок должен обязательно вытереть ноги, и кончая стоящими на полу шахматами, на которые испытуемый обязан с завязанными глазами упасть плашмя с верхних нар (экзаменаторы в это время ловят его в растянутое одеяло). «Бывалые люди» любят подчёркивать, что тот, кто не пройдёт такой «прописки», непременно будет либо «опущен» (сделан пассивным педерастом), либо крепко избит...