Черно-белое море

Планируя косметический ремонт на даче, Леднев сильно заранее начал собирать вещи для поездки в предстоящий отпуск, чтобы в случае чего не метаться по квартире в поиске, например, суконных вкладышей для...

-Это невозможно, - сухо сказал Леднев. Он стоял спиной ко мне и смотрел сквозь приоткрытые жалюзи на дальний угол участка, где Алька набрала синяков и где по ее следам расхаживали Леднев вместе с Кучаком...

Как-то раз между морями стояли мы а Базе у крайнего пирса. Причем стояли на своём, за годы нагретом, месте: мордой в сторону берега, винтами, большим и малыми, – сразу на выход в море сквозь боновые ворота, что как раз напротив острова Путятин...

Однажды поехали мы на боевую службу в море… Мы этА самое… экипаж атомного подводного крейсера первого ранга… А море… как раз в квадрате с углами в виде Берингова пролива, Калифорнии, Гавайских и Японских островов...

Ангел позвонила ровно в полдень. И сразу сказала то, что планировала сказать. Без долгих хождений вокруг да около, без расспросов про здоровье потомков моего пятиюродного деда и видов на урожай картошки...

- С чего ты решил, что бывший? – спросила я, встретившись глазами с Ледневым. - Все просто - ты за все время ни разу не упомянула отца Ульяны, - ответил он. - Есть только мама и ее дочь. Они обе что-то делают...

- Кто бы мог подумать. Всего лишь рядовое отравление бледной поганкой дочери твоей подруги. Про существование которых - ни первой ни второй - я прежде даже не слышал, – нарочито иронично сказал Леднев,...

Леднев был в хорошей форме – он уже минут тридцать бегал вдоль периметра участка по часовой стрелке. Причем большую часть времени солнце светило ему в затылок. Когда не удавалось избежать движения прямо...

Режим “хватай мешки – вокзал отходит” вдруг прервался, и жизнь неожиданно предоставила Ледневу в его полное распоряжение вагон свободного времени. Причем вагон непредсказуемой вместимости. Может быть, самый настоящий, грузовой о четырёх осях...

В нескольких шагах от "ближней" дачи Сталина в Кунцево. На днях возвращаюсь я домой в неурочное время. Причем возвращаюсь в том состоянии, когда рядом со мной на диване в общественном транспорте последний инвалид без ног сядет в последнюю очередь, предпочтя бросить свои наличные кости возле мамаши с вопящим ребенком на руках или чеха с масляной улыбкой на губах и предложением “зятя вашей маме”. Или работяги Гоши в кирзовых сапогах, разбитых и извазюканных в глине. Или дряхлого пенса с ароматом месяц...

История следующая… Медитирую тут я на кухне. На своей кухне. Медитирую и чай пью. Из своей чашки с черным чайным налетом внутри на стенках. Пью и через медитацию прихожу, так сказать, в себя после своей работы – вешал карнизы в одной из своих комнат. А потом на них, на эти карнизы цеплял шторы. В том числе тяжелые, в пол... Больше года прожил в своей квартире без штор. С голыми стенами и видом на чистое небо… А тут наконец дошли руки и до них. До этих самых карнизов и штор. Где тяжелее и плотнее, где воздушнее и светлее… В непроходных отсеках с окнами...

У Леднева был план провести вечер на балете. Не в одиночку, разумеется. А с очередной пассией. Костюм, сорочка, ногти и штиблеты Леднева говорили, что пассия у него с большими претензиями. И это не считая билетов в партер Большого. Ко мне он с таким раскладом не подкатывал. Правда это было давно. Еще в его долейтенантские времена, а сейчас он уже капитан. Не хухры-мухры какое… Но таки билеты в Большой… Дорогущие штиблеты на ногах… Им под стать костюм… Мне прям было немного любопытно, что эта пассия из себя представляет...