Цветочный проезд

Маринка зашла с козырей, пообещав романтический вечер при свечах на ее кухне. Легкая закуска, тишина у соседей и чистое белье к вечеру прилагались. И я на это купился. Особенно на тишину у Маринки.

В тот год жизнь у Лизхен была бурной. Причем в начале года казалось, что она с каждым днём становится только лучше и веселее: по весне Лизхен повысили в должности, увеличили оклад, и она, на бегу попрощавшись с нами, съехала на съёмную квартиру почти в самый центр Москвы...

Маринка любила танцевать. Музыка, ритм, прикосновения, приятный аромат разгоряченных тел, яркие костюмы, лёгкий дым в голове от кружения… Вот это все… Когда попадался умелый партнёр, который в танце не...

Как и полагается, звонок на домашний телефон случился в неурочное время – ровно в полночь, когда я уже закрыл глаза, погрузившись в полудрему. Не вставая с дивана и стараясь не проснуться окончательно, я протянул руку за трубкой. Когда я приставил ее к своему виску, то услышал в ней женский голос. Отдаленно знакомый женский голос. Очень испуганный. По определению испуг звонившей значил, что меня сейчас будут слезно умолять совершить подвиг. Или, как минимум, встать с дивана, пройти через всю...

Маринка позвонила за пять минут до обеда. Голос у Маринки был пропитан слезами, хоть выжимай. У меня сразу перед глазами нарисовался ее портрет с потекшей тушью, покрасневшим носом и дрожащими наколотыми губами...

Когда Родина напомнила мне о долге перед нею, я был уверен, что, исполнив его, вернусь домой в мае. Именно в мае, как раз к цветению каштанов у нас в деревне. И все время службы при мысли о дембеле перед глазами вставала картина маслом: раннее утро, под «Прощание славянки» на вокзале я схожу с московского поезда; может быть, спотыкаюсь от избытка чувств и становлюсь коленями на асфальт, а впереди в сквере, который начинается сразу за привокзальной площадью, ярко горят белые свечи каштанов. И это при том, что в сквере растут только липы...