Счастье есть

Шум свадьбы — это особенная симфония. Звон бокалов, смех и торжественные аккорды марша Мендельсона. Это было то место, где Сергей впервые увидел Алину. Она стояла чуть в стороне от танцующих подруг невесты и с улыбкой наблюдала за Мариной и Ильей. Свет от люстры дробился в хрустальных подвесках и играл в ее темных глазах — глазах с таким живым, озорным огоньком, что Сергей, привыкший просчитывать варианты на пять ходов вперед, на мгновение забыл, зачем вообще сюда приехал. — Илья, — ткнул он друга локтем в бок, не отводя взгляда...

Они познакомились в конце мая, когда весь город укрыли лепестки цветущих яблонь. Андрей тогда был похож на героя из кино: уверенный, с искоркой в глазах, умеющий говорить такие слова, от которых теплело на душе. Татьяна, учительница младших классов, с тихим, мягким голосом и огромной душевной теплотой, посчитала, что это ее судьба. Свадьба была скромной, но очень душевной. Елена Павловна, мать Андрея, с первого дня смотрела на невестку оценивающе, будто проверяя на прочность. «Главное, чтобы Андрюше с тобой было хорошо, — сказала она как-то за столом...

Алена так и осталась стоять в холодном больничном коридоре, прислонившись лбом к прохладной кафельной стене. В ушах звенело от резких слов и того ледяного тона, каким они были произнесены. Щеки горели от унижения. Дверь в палату снова приоткрылась, и на пороге появилась Наталья. Ее лицо, только что сиявшее сладкой улыбкой, теперь было непроницаемо и холодно. — Послушайте, как вас там… — начала она, делая паузу для эффекта. — Алена, — тихо, но четко ответила девушка, выпрямляясь. — Да, так вот, Алена, — Наталья сделала шаг вперед, понизив голос до конфиденциального, но недружелюбного шепота...

Апрельская погода не была похожей на весеннюю. Алена, закутавшись в пальто, вышла из подъезда с мусорным пакетом в одной руке и сумочкой в другой. Впереди был насыщенный день: несколько собеседований, одно важнее другого. Хотелось, наконец, найти работу, деньги, что она откладывала перед увольнением, заканчивались… У мусорных контейнеров она заметила мужчину. Он не решался подойти ближе к бакам, а ходил неподалеку, и его неуверенные шаги выдавали внутреннее сомнение. Внешность его была противоречивой:...

Катя хлопнула дверью, и на какое-то мгновение в комнате повисла тишина. Даже малышня притихла, перестала шуршать фольгой и позабыла обо всем. Марина почувствовала, как лицо заливает густой, предательский румянец. Она опустила глаза, желая в этот момент провалиться сквозь землю. Мысль о том, что Андрей мог подумать, будто она навязывается в его дом, в его сложную жизнь со своей помощью и этой нелепой короной из фольги, была невыносимой. Она чувствовала себя непрошеной гостьей… — Я, пожалуй, пойду… — тихо, почти шепотом, проговорила она, отодвигая стул...