Константин Смолий

Прозаический опыт Бориса Пастернака вовсе не ограничивается романом "Доктор Живаго", принесшим ему мировую известность. Он писал и малую прозу, которая, однако, очень часто не выглядит чем-то законченным и цельным. Это видно уже по названиям некоторых его произведений: например, "Три главы из повести", "Повесть", "Начало прозы 1936 года". Но и произведения, которые выглядят как законченные, тоже больше похожи на наброски или черновики, как будто Пастернак, готовясь к сотворению большого эпического полотна, набивал руку на маленьких темах и форматах...

Пожалуй, "Смерть богов. Юлиан Отступник" Дмитрия Мережковского — один из лучших русских исторических романов. Более того, роман этот не только исторический, но и историософский. Главная идея — в том, что в мировой истории борются два начала: одно, персонализированное в Христе, символизирует тягу человека к трансцендентному, внемирскому началу, из чего обычно вытекает аскетическая мораль и забвение плотского начала. И напротив, другое начало, персонализированное в фигуре Антихриста, символизирует...

«Странствия Франца Штернбальда» Людвига Тика — роман о юном художнике, ученике Альбрехта Дюрера, который отправляется в путешествие по Нидерландам и Италии, чтобы познакомиться с достижениями современного ему искусства. Это медленное, вопиюще несовременное чтение, наполненное долгими и возвышенными разговорами об искусстве. Чтение, привычку к которому мы почти утратили. Но сегодня мы поговорим не о романе как таковом, а об его издании в России. Эта книга производит странное впечатление: вроде бы...

За несколько веков до появления гностицизма слово «гнозис» не имело оккультного, мистического значения: оно означало просто «знание», которое имеет общедоступный и общезначимый характер. Задача построения общезначимого знания в понятиях восходит к Сократу и Платону, стремившимся преодолеть субъективизм и релятивизм софистов. Настоящее знание должно корениться не в нашей субъективности, а в чём-то объективном, что возвышается над нами и предписывает нам то или иное понимание мира вокруг. Именно идя...

Мышление современного человека настолько заражено отрыжкой прогрессизма, что он невольно начинает полагать, будто ему в процессе обучения нужно читать исключительно ультрасовременных авторов. А античные и средневековые авторы — это в лучшем случае люди, которые смогли поставить некие важные вопросы, но никак не могли дать на них удовлетворительных ответов. Ибо если уже древние мыслители открыли нечто важное и актуальное, то вся идея прогресса знания становится проблематичной, а вслед за ней сомнению обязана подвергнуться и идея социально-политического прогресса...