Записки вымирающего вида

Я счастлив был ещё недавно — Её я за руку держал, Ей улыбался я исправно, Перед друзьями восхвалял. Я думал, все у нас нормально, Я строил планы, я любил, Был крайне сдержан, аморально Ни разу я не поступил. Был каждый свежий текст лишь ею, Одной лишь ею вдохновлен... Я осуждать её не смею — Ведь в отношеньях не силён. Я много раз мог ошибаться, Мог боль чинить, пусть не со зла, И на меня не обижаться Она, похоже, не смогла...

Проснулся под слова второго куплета национального гимна. Репродукторы ревели по расписанию, не щадя никого. Придётся писать объяснительную, почему не встал раньше. Не дай Бог, узнают, конечно, но лучше перестраховаться. Может, даже в Церковь сходить лишний раз — авось, пронесёт. В прошлую среду Пашку за это с работы поперли. Но на него жена стуканула. Они поссорились недавно. Из-за кружевного белья. Она ему: — Ты за кого меня принимаешь? И уже чуть тише: — Ведь, если увидят... Асоциальный элемент, в-общем...

Она спросила: «Ты девственник?» Он смутился и ответил, что нет. Тогда она сказала, что у неё есть подруга, тоже девственница. То есть нет. Так и сказала — «то есть нет». «Вот и пойми ее,» — подумал он. Она сказала, что любит порно с участием геев. Находит это красивым. «Интересно, находит ли она красивым меня?» — подумал он. Она сказала, что ему лучше найти жену с машиной, квартирой и богатыми родственниками...

Вчера позвали в ресторан. На вечер грузинского танца. Грузином, само собой. Пришёл, выдали одежду, выпустили на сцену, дали рюмку, нашептали тост. Рюмку выпил, начал про орла, очнулся в переулке. Нежно укрыт картоном. Тепло. В кармане деньги и записка: «Молодец». Достал телефон. На заставке какой-то грузин отплясывает лезгинку на столе. Странно. Откуда-то я его знаю. Сегодня звонила Анна. Анна — студентка художественного училища. Сказала, нужен натурщик. Срочно. Согласился. Анна — хорошая. У неё сейчас проблемы с финансами, но я готов работать за еду...

Что может быть ценнее чувств спонтанных, Столь удивительно реальных и простых, Пронзительно кричащих и желанных, Столь непокорных, столь волнующих, живых? Что может быть ценнее вдохновенья — Подарка музы, обретенной вновь? Как упоительны влюбленности мгновенья, Инъекцией незримой влитой в кровь! Ценнее робости что...