— Марина, я сейчас задам тебе один вопрос. Только ответь честно: ты собираешься жить со мной или со своей матерью? Игорь стоял посреди кухни, всё ещё в рабочей куртке. Он только что вернулся домой и даже ботинки снять не успел. — Это ты у меня спрашиваешь? — я от неожиданности поставила чашку мимо блюдца. — После того, что твоя мать сегодня устроила? — А что она устроила? Я уже полчаса пытаюсь выяснить! Мама говорит одно, твоя — другое. Твой отец вообще обещает приехать и разобраться со мной по-мужски!...
Не судите сразу | Жизненные истории
«Маму ещё не похоронили, а ты уже делишь её страховку!» — сестра потребовала дорогой памятник.
— Вот этот закажем. С гранитной скамейкой. Я уже узнала, сколько стоит, — сестра положила перед нами распечатанную фотографию памятника. — Ира, маму ещё даже не похоронили, — сказал я. — Давай хотя бы до похорон подождём. — А чего ждать? Чтобы потом всем было некогда? — Не в этом дело. Ты цену видела? — Видела. И что? — Это огромные деньги! Сестра резко захлопнула папку. — Значит, на родной матери решил сэкономить? — Ира, я хочу достойный памятник. Но не понимаю, зачем нам сейчас самый дорогой. — Потому что мама заслужила! — А кто платить будет? — Из страховки возьмём...
«Продай машину, заложи квартиру — мне всё равно»: мама потребовала вернуть долг.
— Мама, ты сейчас серьёзно? Откуда мы за один день возьмём столько денег? — Оля, я не собираюсь обсуждать ваши семейные трудности. Деньги нужны сейчас. — Но мы же договорились! Ты сама предложила подождать, пока продастся наша однушка! — Ничего подобного я не говорила. У меня есть расписка твоего мужа. И если вы не вернёте долг добровольно, будем решать вопрос по-другому. — По-другому — это как? — Через суд. А если потребуется, будем разбираться, не обманули ли вы нас с самого начала. Ольга медленно опустилась на кухонный стул...
Мам, ты же одна живёшь — оплати нашу коммуналку.
— Мам, только ты пока ничего не оплачивай. Я сейчас нашу квитанцию пришлю. Нина Павловна придерживала плечом телефон и пыталась подцепить ногтем край упаковки с куриными бёдрами. — В смысле — ничего? Я свою собиралась… — Твоя подождёт. У тебя там сколько, пять тысяч? А у нас четырнадцать восемьсот. И срок завтра. Упаковка наконец поддалась. На стол вытекла холодная розоватая вода. — Дима, я тебе в прошлом месяце переводила. — Ну да. В прошлом. А это за новый месяц. Он произнёс это терпеливо, словно объяснял матери, почему после вторника наступает среда...

