Филиал Карамзина

Любой, кто носил кирзовые сапоги, знает эту нехитрую иерархию: «дух» — бесправное существо, «черпак» — уже человек, «дед» — вершитель судеб, и «дембель» — почти святой, которому осталось лишь сойти (или уехать) на землю обетованную, то бишь домой. Но всегда ли эта система была одинаково жестокой? Историки и социологи, изучавшие поздний СССР, сходятся во мнении: уровень насилия зависел не от «злобности» людей, а от рода войск, специфики задач и... наличия боевого оружия в руках. Прежде чем мы начнем...

Если верить школьным учебникам и стереотипным фильмам, жизнь женщины на Руси была чередой страданий в тереме или поле. Но история — дама с характером, и она не терпит упрощений. В русском традиционном обществе существовали четкие границы, пересечение которых для мужчины было чревато — от потери репутации до (как они искренне верили) потери жизни. Давайте разберемся, кто же эти дамы, чей статус делал их буквально неприкасаемыми. Начнем с самого романтичного, казалось бы, образа. Невеста. Красавица, коса до пояса, стыдливый румянец...

Представьте типичную картину из жизни русской деревни века эдак XVII-го. На завалинке сидит женщина. Ей, скажем, 43 года. По нашим меркам — молодая, цветущая женщина, ягодка опять. Но по меркам того времени она — глубокая «старуха», которой полагается носить темную одежду, нянчить внуков и даже не помышлять о плотских утехах с законным супругом. Более того, если такая «старуха» вдруг беременела, это считалось не радостью, а несмываемым позором. Почему же наши предки так рано ставили крест на женской сексуальности? Давайте разбираться, опираясь на факты, этнографию и церковные каноны...

Мы привыкли видеть Петра I этаким бронзовым гигантом: он и корабли строит, и бороды рубит, и шведов гоняет. Кажется, что такого колосса может свалить разве что пушечное ядро. А что нам говорит школьный курс? «Простудился, спасая тонущих моряков в ледяной воде, и умер от воспаления легких». Красиво? Безусловно. Героически? Еще бы. Но давайте отложим в сторону придворные легенды и возьмем в руки сухие медицинские отчеты того времени. Современные российские врачи и историки медицины, проанализировав...

Сегодня откроем одну из самых пикантных, драматичных и одновременно абсурдных страниц советского быта. Включите телевизор днем — и вы наткнетесь на очередное шоу, где рыдающие герои ждут результатов теста ДНК, чтобы узнать, кто же папа. Точность 99,9%, конверт вскрывается, зрительный зал ахает. А теперь представьте, что вы живете в эпоху Иосифа Виссарионовича. Никакой двойной спирали ДНК еще не открыли (а когда откроют, в СССР ее назовут «буржуазной лженаукой»). Но дети-то рождались! И не всегда в законном браке...

Представьте себе: 85 километров стеллажей. Именно столько занимают полки в Archivio Apostolico Vaticano — Секретном (ныне Апостольском) архиве Ватикана. Любители конспирологии в духе Дэна Брауна уверены, что где-то там, между счетами за свечи XIII века и перепиской с тамплиерами, лежат документы, подтверждающие «вековой заговор» католиков против славян. Якобы Рим делал всё, чтобы не допустить возвышения Руси, или вовсе скрывает истинную историю нашего крещения. Как историк, я часто улыбаюсь таким теориям...

Давайте сразу договоримся: мы здесь собрались не для того, чтобы свергать памятники. Михаил Тимофеевич Калашников — безусловно, великая фигура, самородок и символ советской оружейной школы. Но, как профессор истории, я часто замечаю, что биография этого человека напоминает скорее житие святого, чем реальную жизнь. А реальность, друзья мои, куда интереснее и драматичнее любого мифа. Мы привыкли к образу: простой парень с Алтая, с семью классами образования, на коленке в госпитале нарисовал автомат, который перевернул мир...

Каждому из нас, кто учился в советской школе, этот образ знаком до боли. Солдат в белом маскхалате, рывок, тело, закрывающее собой черную щель дзота, тишина. Александр Матросов. Имя нарицательное. Символ самопожертвования. Но история — дама капризная. Она не любит плакатной плоскости. Вокруг подвига Матросова за последние 30 лет нагромоздили столько мифов, откровенной лжи и «сенсационных разоблачений», что за ними потерялся живой 19-летний парень. Говорили, что он поскользнулся. Что его толкнули...

Все, кто учился в советской школе, помнят эту хрестоматийную, почти иконописную сцену. Юный Володя Ульянов, узнав о казни старшего брата Александра, с суровым лицом произносит: «Мы пойдем другим путем». Эту фразу вбивали нам в головы как символ мудрости будущего вождя. Но давайте будем честны: вряд ли 17-летний гимназист в момент семейного горя говорил политическими лозунгами. Реальная история Александра Ульянова — это не предисловие к биографии Ленина. Это самостоятельная греческая трагедия, полная...

Приветствую вас, друзья, на своем канале. Давайте честно: когда вы слышите фразы вроде «самые влиятельные люди мира» или «древние кланы», рука невольно тянется поправить шапочку из фольги. Уж слишком много вокруг любителей искать тайные правительства. Но сегодня мы отложим конспирологию в сторону. Потому что реальная история куда интереснее выдумок. Речь пойдет о феномене, который ставит в тупик социологов и восхищает генетиков. Мы поговорим о «Коэнах» — людях, которые претендуют на то, чтобы быть прямыми потомками одного человека, жившего более 3300 лет назад...

Представьте себе обычную советскую школу в Киеве. Номер 16, Минский район. Март 1987 года. На дворе Перестройка, гласность, страна бурлит надеждами на перемены. А в школьной столовой, среди запаха тушеной капусты и звона алюминиевых ложек, разворачивается драма, достойная пера Агаты Кристи, если бы королева детектива писала сценарии для фильмов ужасов. В течение двух недель в больницы попадают сразу 13 человек: четверо взрослых и девять детей. Симптомы странные: высокая температура, боли в суставах, и самое пугающее — внезапная алопеция (облысение)...

Представь себе карту мира, на которой нет Армении. Нет Болгарии. Нет Грузии. Нет Казахстана. Звучит как альтернативная история? А ведь это был бы наш реальный мир, если бы в ключевые моменты истории Россия не вмешалась в ход событий. Знаешь, что самое странное в современном мире? Мы привыкли говорить об истории в чёрно-белых тонах. Есть хорошие парни, есть плохие парни, и точка. Но реальная история — она как старый семейный альбом: полна противоречий, неудобных фотографий и историй, которые не принято обсуждать за праздничным столом...