Скрытые пружины (Психология поступков)
Синдром либертена: почему мозг маркиза де Сада физически не выносил слово «нельзя»
ЧИТАТЬ С ОСТОРОЖНОСТЬЮ: Прежде чем мы начнем, я обязана сделать дисклеймер. Я не пытаюсь оправдать Маркиза де Сада. Я не пытаюсь найти в нем «хорошего мальчика» или романтизировать его чудовищные деяния. Я пытаюсь объяснить механику. Мы вскрываем череп, чтобы понять, как работает машина, а не для того, чтобы восхититься её мощностью. Если для вас анатомия зла — это уже оправдание зла, пожалуйста, закройте эту страницу прямо сейчас. Мы привыкли называть его «садистом». Мы превратили его фамилию в термин для обозначения удовольствия от чужой боли...
Терапия глупостями: Почему в 40 лет жизненно необходимо делать необдуманные поступки
Мне кажется, после тридцати пяти мы все попадаем в невидимый бетон. Мы становимся такими... правильными. Мы знаем, какая подушка лучше для шеи, мы помним даты оплаты ЖКХ, мы знаем, что «в нашем возрасте уже не носят кеды с платьем». Мы превращаемся в функцию. В «Взрослого Человека». И самое страшное — мы начинаем планировать счастье. «Вот сейчас доделаю проект, вот выплатим кредит, вот дети подрастут... и тогда я заживу». А жизнь — она не «потом». Она либо сейчас, либо никак. Вчера я поймала себя на том, что живу на черновик...
Эффект «Чужого города»: почему мы становимся собой настоящими только тогда, когда нас никто не знает
Вы когда-нибудь замечали, как меняется ваша походка, когда вы сходите с трапа самолета или выходите из поезда в совершенно незнакомом месте? Дома вы — «Катя из бухгалтерии», «Сережа — муж Наташи», «сосед из 45-й квартиры». Ваша личность — это список ролей, подписанный невидимыми чернилами на лбу. Вы знаете, в какой магазин «принято» ходить, какую музыку «стыдно» слушать в этом районе и с кем нужно вежливо здороваться, даже если вы мечтаете их придушить. Но стоит вам оказаться в Праге, Стамбуле или даже просто в соседнем районе города, где вас никто не узнает...
Анестезия плацкарта: как чужая анонимность лечит нашу боль лучше, чем любовь
Знаете этот звук? Тук-тук. Тук-тук. Ритмичный стук колес, который сначала раздражает, а потом становится единственным сердцем в вагоне. Вы сидите на полке плацкарта. Где-то тихо похрапывает бабушка, кто-то шуршит пакетом. И вы поворачиваете голову. Там, в полумраке, сидит человек. Вы не знаете его имени. Вы не знаете, хороший он или плохой. Вы даже не уверены, смотрит ли он на вас. И вдруг... горло разжимается. Слова выходят сами. Те самые слова, которые вы годами утрамбовывали вглубь себя, чтобы не пугать мужа...
