Говорим об образовании

Мы с американкой Сарой стояли на Ярославском вокзале, и она смотрела на поезд так, будто перед ней не состав до Владивостока, а камера пыток. Сара приехала в Россию ненадолго, но уже успела нахвататься стереотипов: тут холодно, тут всё старое, тут нельзя нормально поесть, тут никто не улыбается. А главное — она искренне не понимала, зачем люди добровольно проводят неделю в поезде, если можно сесть в самолёт и оказаться на другом конце страны за несколько часов. Я выслушал её и поставил на место...

В Остине, штат Техас, за окном пыльно и тепло. Мы сидим с Тоддом на веранде. Ему сорок три, он из сферы информационных технологий, выглядит как типичный американец из кино: джинсы, кроссовки, широкая улыбка. Три года назад он вернулся из Москвы один. Его жена Наташа осталась там с дочкой. Мы познакомились случайно, через общего знакомого, и разговор затянулся до ночи. Тодд говорил о России охотно, без злобы, скорее с задумчивым удивлением. Как человек, который побывал в очень красивом месте — и понял, что жить там не сможет...

Вы когда-нибудь задумывались, что думает о вас горничная? Лично мне всегда было интересно посмотреть на гостей глазами сотрудников отеля. Ведь они каждый день заходят в десятки номеров и наверняка замечают то, о чем сами туристы даже не задумываются. Есть ли общие черты у людей из одних и тех же стран? Однажды я уже рассказывала, что думает о туристах бармен из Египта. Тогда статья вызвала бурные обсуждения, потому что тема оказалась близка многим. А сегодня я расскажу, что узнала от турецкой горничной...

Мы с американкой Сарой приехали в Россию. Она ожидала увидеть медведей на улицах, очереди за хлебом и мрачные лица. Вместо этого Сара потеряла дар речи уже в аэропорту, а потом и вовсе начала задавать неудобные вопросы. Пришлось объяснять, что в России можно спокойно жить. Первый шок: чистота и порядок Сара вышла из терминала и первое, что сказала: «А где грязь?» Я не понял. Она пояснила, что читала в своих новостях про ужасные российские дороги и разруху. Мы сели в такси, и она всю дорогу молчала, глядя в окно...