Говорим об образовании

В Остине, штат Техас, за окном пыльно и тепло. Мы сидим с Тоддом на веранде. Ему сорок три, он из сферы информационных технологий, выглядит как типичный американец из кино: джинсы, кроссовки, широкая улыбка. Три года назад он вернулся из Москвы один. Его жена Наташа осталась там с дочкой. Мы познакомились случайно, через общего знакомого, и разговор затянулся до ночи. Тодд говорил о России охотно, без злобы, скорее с задумчивым удивлением. Как человек, который побывал в очень красивом месте — и понял, что жить там не сможет...

Вы когда-нибудь задумывались, что думает о вас горничная? Лично мне всегда было интересно посмотреть на гостей глазами сотрудников отеля. Ведь они каждый день заходят в десятки номеров и наверняка замечают то, о чем сами туристы даже не задумываются. Есть ли общие черты у людей из одних и тех же стран? Однажды я уже рассказывала, что думает о туристах бармен из Египта. Тогда статья вызвала бурные обсуждения, потому что тема оказалась близка многим. А сегодня я расскажу, что узнала от турецкой горничной...

Мы с американкой Сарой приехали в Россию. Она ожидала увидеть медведей на улицах, очереди за хлебом и мрачные лица. Вместо этого Сара потеряла дар речи уже в аэропорту, а потом и вовсе начала задавать неудобные вопросы. Пришлось объяснять, что в России можно спокойно жить. Первый шок: чистота и порядок Сара вышла из терминала и первое, что сказала: «А где грязь?» Я не понял. Она пояснила, что читала в своих новостях про ужасные российские дороги и разруху. Мы сели в такси, и она всю дорогу молчала, глядя в окно...

Мы с Сарой приехали в Питер на несколько дней. Я давно хотел показать ей не Эрмитаж и не разводные мосты, а настоящую русскую ярмарку — ту, куда ходят местные за соленьями, мёдом, грибами, домашним творогом и квасом из бочки. Сара шла с открытым ртом. Но не от восторга, а от ужаса. Сара остановилась у прилавка с солёными огурцами. Женщина в платке доставала их из большой бочки руками. Сара побледнела и прошептала: «Это же грязь!» Я объяснил, что это не грязь, а традиция. Что так продавали ещё при наших бабушках, и ничего страшного не случилось...