Говорим об образовании

Она влетела в вагон с таким видом, будто её обманули в контракте. Джинсы, кеды, взгляд, привыкший оценивать всё в долларах. Первое, что она выдала, увидев табло: «И это у вас называется транспорт?» Потом заметила цену билета — и округлила глаза. «Шестьдесят пять рублей? то же доллар! Вы серьёзно?» — прозвучало так, будто ей предложили билет в первый класс за копейки. Спойлер: скандал вспыхнул не из-за цены. Её добила кнопка открытия двери. Она нажала не туда, дверь не поддалась с первого раза, и мир рухнул...

В начале августа Екатеринбург накрыл дым от лесных пожаров – обычная история для Урала. (Хорошо что сейчас такого нет) Британец по имени Стивен, остановившийся в центре, объявил, что город непригоден для жизни, и потребовал от администрации отеля вызвать ему вертолёт до Москвы. Он не верил, что мы можем существовать в такой «токсичной среде». Я выслушал его претензии, а затем наглядно продемонстрировал, что его паника – не более чем незнание местных правил игры. Стивен прилетел из Лондона с чемоданом, набитым бутилированной водой и респираторными масками...

Она стояла у стойки с телефоном в одной руке и ключом-картой в другой. Её голос перекрывал шум кондиционеров, которых в лобби не было. «Я плачу бешеные деньги за ночь, а у меня нет кондиционера!» — кричала она на портье, который спокойно смотрел на неё поверх очков. На улице было под тридцать. В Москве — начало августа. Она приехала из Майами, где кондиционеры жужжат круглый год, и считала, что имеет право требовать то же самое здесь. Я стоял в очереди за ней и слушал. И чем дольше я слушал, тем отчётливее понимал: сейчас я скажу ей то, что она не хочет слышать...

Клара приехала с готовым сценарием: «В России всё поддельное, а еду делают из пальмового масла и красителей». Про арбузы она знала только то, что «в Испании они сладкие, как мёд», а наши — «водянистые и жёсткие»...