Готовит Самира

— Что эта бумага делает на нашей кухне? Наталья замерла посреди коридора с пакетами из магазина. Из приоткрытой двери на кухню доносился приглушённый разговор — свекровь и муж, как всегда, обсуждали что-то вполголоса, чтобы она не услышала...

— Аня, ты же понимаешь, что за квартиру платить больше нечем? Голос мужа звучал ровно, почти буднично. Он стоял в дверях кухни, опираясь плечом о косяк, и смотрел на неё с каким-то странным выражением — не то виноватым, не то выжидающим...

Анна стояла у окна палаты и смотрела, как мелкий дождь разбивается о стекло. За спиной мерно пищал кардиомонитор. Свекровь, Раиса Павловна, лежала на больничной койке уже третью неделю — сухая, пожелтевшая, с трудом узнаваемая...

— Аня, до конца лета вам с Димой надо освободить квартиру. Документы у нотариуса, всё по закону, — голос золовки прозвучал так буднично, будто она сообщала прогноз погоды на выходные. Анна стояла посреди кухни с чашкой кофе в руке и не могла пошевелиться...

Татьяна повернула ключ в замке, толкнула дверь — и застыла на пороге, потому что на её собственном диване сидел совершенно незнакомый мужчина. Точнее, почти незнакомый. Мужчина лет шестидесяти, с седыми висками и помятым лицом, поднялся ей навстречу...

— Подпиши доверенность на квартиру, иначе мы с Андреем уедем сегодня же, и больше ты нас не увидишь! — свекровь швырнула на стол кожаную папку, а муж прятал глаза, словно нашкодивший школьник. Лариса медленно сняла шарф и аккуратно повесила его на крючок в прихожей...

— А квартиру перепиши на меня, — отчеканила свекровь прямо у дверей нотариуса. — Иначе сын узнает, кто ты на самом деле. Марина замерла на мраморной ступеньке. Утренний свет резал глаза, портфель с документами вдруг стал неподъёмным...

Отцу исполнилось шестьдесят два, а на юбилее он представил будущую жену — девушку двадцати шести лет, которая смотрела на моего отца так, как смотрят на банковскую карту с очень крупным лимитом. Её звали Алина...

Марина замерла в коридоре с тарелкой холодца в руках, разглядывая на тумбочке у золовки новенький глянцевый конверт с логотипом банка. На нём крупными буквами было выведено чужое имя — имя её мужа. А ниже — сумма...

— Завтра приедут грузчики, — буднично сообщила свекровь, помешивая ложечкой чай в своей любимой синей чашке. — Я переезжаю к вам. Навсегда. Юлия застыла в дверях кухни. Пакеты из супермаркета оттягивали ей руки, но она не чувствовала ни веса, ни боли от врезавшихся в ладони пластиковых ручек...

— А с какой стати я должна продавать свою добрачную квартиру, чтобы оплатить свадьбу твоей дочери, Тамара Ивановна? Вы там ничего не перепутали в своем семейном чате? У Зойки есть жених, вот пусть он и...

— Завтра в десять едем к нотариусу, и половину квартиры перепишешь на моего сына, а иначе я тебя отсюда вымету, как сор из избы! Анна замерла посреди кухни, держа в руке горячий чайник. Вода кипела, плевалась паром из носика, но она этого не замечала...