Меня зовут Гэсэр

www.litres.ru/...0811 Полная версия. А вот и рецензия: Дорогие ценители литературы, есть книги "легкие", а есть - очень "тяжелые". Насколько легка или тяжела книга "Меня зовут Гэсэр" Byir Byira решите сами. Финал ускоряет движение сюжета, доводя интригу до экзальтации, повышает градус интереса, подстегивая читателя. Возможно, тут Вы найдете что-то еще, чего не знали ранее, актуальность произведений всеми воспринимается по-разному. Разносторонность и неповторимость типизации образов, формирует естественную картину, абсолютно исключающую однобокость для большинства действий. С неимоверной тревогой читается написанное автором! – Каждый эпизод, каждый поворот вновь и вновь впечатляет. Много в произведении недосказанности, подобных случаев не так уж много, но они очень заметны, и создаётся впечатление, что переплетающиеся сюжетные линии многогранны. Творение пронизано деликатным юмором и, находясь в одной конфигурации, содействует наилучшему осознанию и восприятию действительности. Превосходный пример, совмещающий в себе необыкновенные доли фантазии, реалистичности и актуальности. Портреты героев и детали декораций столь гармонично вписываются в сюжет, что до конца книги удивляешься реалистичности. Сюжет запутан, до такой степени, что порой необычайно трудно обратить внимание на мелькающие подсказки и отгадать дальнейший путь, согласно выдержанной линии. Череда событий мелькают перед глазами героев, окружая их новыми проблемами и ввязывая их в новые приключения. еще одна: Одну из важнейших ролей в описании окружающего мира играет цвет, он ощутимо изменяется во время смены сюжетов. Периодически возвращаясь к композиции каждый раз находишь для себя какой-то насущный, волнующий вопрос и незамедлительно получаешь на него ответ. По мере приближения к апофеозу невольно замирает дух и в последствии чувствуется желание к последующему многократному чтению. Возникает желание посмотреть на себя, сопоставить себя с описываемыми событиями и ситуациями, охватить себя другим охватом - во всю даль и ширь души. Юмор подан не в случайных мелочах и не всегда на поверхности, а вызван внутренним эфирным ощущением и подчинен всему строю. На первый взгляд сочетание любви и дружбы кажется обыденным и приевшимся, но впоследствии приходишь к выводу очевидности выбранной проблематики. С первых строк понимаешь, что ответ на загадку кроется в деталях, но лишь на последних страницах завеса поднимается и все становится на свои места. Значительное внимание уделяется месту происходящих событий, что придает красочности и реалистичности происходящего. Умеренное уделение внимания мелочам, создало довольно четкую картину, но и не лишило читателя места для его личного воображения. Небезынтересно наблюдать как герои, обладающие не высокой моралью, пройдя через сложные испытания, преобразились духовно и кардинально сменили свои взгляды на жизнь.

Совсем мало просмотров здесь. Полностью перехожу сюда author.today/...entt

Не стал я никого убивать. Просто, телепортировался в хижину тетушки Манзан Гурмэ. Переночевал у тети. Потихоньку, все-таки, выведал, кто на меня напраслину гонит тэнгэриям. Конечно - это был Хара Зутан. Бывают же такие люди! Что я ему плохого сделал? Почему он на меня взъелся? А ведь дядя родной! И сделать я ему ничего не могу. С врагами просто: пришел, увидел, убил. А тут дядя! Спустившись домой, зашел, как всегда в последнее время, сначала к Алма Мэргэн. И что вы думаете? Опять этот Хара Зутан накосячил! Заявился бухой к Тумэн Жаргалан и стал ее домогаться, якобы она ему была предназначена, а я, Гэсэр, украл его счастье. Или думает, что я не справляюсь с тремя женами? А я ведь хотел порасспросить Алму Мэргэн про ее знакомца, инопланетного змея. Значит, с этим деятелем разберемся позже. А что Тумэн-Жаргалан? Она позвала богатырей, они за волосы вытащили Зутана из дворца и пинками прогнали вон. Жестко дядю своего хана? А поделом! Будь я тогда рядом, я бы с него спросил еще жестче. А что Хара Зутан? Затаил злобу! Ему бы покаяться, мол, был выпимши. Ан, нет, поехал искать заступника, небожители уже его не приемлют. Как это сделать? Это знают все: режешь черного барана и призываешь шолмосов и их предводителя, если знаешь правильные слова, конечно. Поехал после заката в лес Хара Зутан, развел на опушке костер и стал колдовать. Долго клянчил проявиться шолмосов Хара Зутан, а те знают наперед для чего он зовет их. Против Гэсэра страшно же, сколько их собратьев тот погубил. Летают, скачут вокруг костра, не попадая на свет, вкус мяса нравится всем, а уж чертям подавно. Стал сердиться Зутан, ругать шолмосов за их трусость, называть мокрыми лягушками, а не чертями. А ведь подействовало! Пришел на свет и на запах мяса главный шолмос, Абарга Сэсэн. Появившемуся предводителю шолмосов, пожаловался Зутан на свою судьбу. Абарга Сэсэн, что значит: Мудрый Исполин, был не дурак, конечно, чтобы задаром вредить. Поставил условие, что одна из жен Гэсэра достанется ему. А Хара Зутану того и надо, не станет Гэсэра, все его жены, по обычаю, достанутся ему. Поспорили немного, кому какая достанется и, все-же, договорились. Урмай Гоохон, пожалуй, покладистее, решил Зутан, что оставит ее себе. Ну а Алма Мэргэн, какие бы не были обычаи, никому не отдастся. Посулил Абарга Сэсэну Тумэн Жаргалан, на что тот согласился, ведь он думал, что Хара Зутан будет настаивать на ней, поскольку давно грезил именно ей. Абарга Сэсэн научил, как извести Гэсэра. Ночью Зутан прокрался и положил заколдованные кишки овцы в сапог Тумэн Жаргалан. Утром она вдела ноги в сапог и раздавила кишки. От них пошел сизый туман, вдохнув его захворал Гэсэр. Гэсэр не умер, ведь сын небожителя, но стал болеть, и с каждым днем ему становилось все хуже и хуже. Тумэн Жаргалан из-за того, что винила себя в его болезни стала угасать еще быстрее. Мать Гэсэра, Наран Гоохон, шепнула Жаргалан, что спасти Гэсэра может только она, отдавшись главарю шолмосов Абарга Сэсэну. Никак не иначе, слишком силен он и его колдовство, и тэнгэриям не сладить с ним. Конечно, ни Гэсэр, ни его богатыри не согласятся отдать его жену шолмосам, поэтому Наран Гоохон втихаря переправила Тумэн Жаргалан в их страну. Странная эта страна. Вроде все так же, как у людей. Но все не как у людей. Голые мужики ходят. Ведут под уздцы больших птиц и зверей. Вежливые. Здоровьем интересуются, куда путь держит спрашивают. - Надоел мне муж человечий. Хочу познакомится с главным шолмосом Абарга Сэсэном - отвечает всякий раз. У подкатывавших было голых мужиков желание сразу исчезает, услышав имя главного шолмоса. Вот кому она предназначена. Так и передавали друг другу попутчики, довозили на больших сороках с осла, на больших воронах с корову, на волке, где встречает ее сам Абарга Сэсэн на белоснежном жеребце. Встретил ласково, накормил и спать уложил. С собой. Как только произошел любовный акт, Гэсэр излечился.

Придя на берег моря, не долго думая, добрался до дворца Уса Лосона. Отошел немного и оказался в таком же воздушном пузыре, как тогда. Все дело в золотом посохе, об этом я догадался еще тогда. Мысленно позвал водного змея. Тот сразу откликнулся, видимо скучает от делать нечего или же я ему для чего-то нужен. И мне, признаться, уже было скучновато на земле. В моменте, в бою со всякими чудовищами я, конечно, забывался, но все это было стандартно, хоть и иногда очень опасно. А тут, водная среда, во-вторых - другие планеты, о чем не знали, даже, тэнгэрии. - Ищаа! - это я поздоровался по-змеиному. - Здравствуй, Гэсэр! А я жду тебя! - Ща-аас - спрашиваю: где ты, покажись. - Мне этот земной язык не знаком. Давай по-простому, как в прошлый раз. - Хорошо. Покажись. - за кромкой воды показалось знакомое желтое змеиное тело.: Интересно, как ты дышишь? - Как люди дышат под водой? Никак. Я задерживаю дыхание, когда выхожу на поверхность, а здесь, как все рыбы. - И ваш корабль состоит из воды? - Конечно, да. Ты хочешь посмотреть? - Будет любопытно. Ви-ви-ща-а привез меня к кораблю. Это было нечто органическое. Когда я оказался внутри него, ощущение невероятности происхождящего не покидало меня, хоть я, как тэнгэри многое видал на своем веку и во множестве перерождений. Гладкая поверхность стен невероятно фосфорициловала, казалось, миллионы медуз спрессованы и живы. Как в безоблачную ночь с усиленным зрением смотришь сквозь миллионы звезд, а они здесь, на расстоянии протянутой руки и реагируют на прикосновения, переливаясь миллионами оттенков всех цветов. Наступив на пол, сначала я провалился по колено, погружаясь все ниже, но моментально структура поменялась, отвердела и вытолкнула мои ноги из себя. Теперь поверхность стала твердой, плоской и гладкой. Мой воздушный пузырь принимал форму окружающих стен, и мигающая поверхность еще больше причудливо расцветала переходя из водного окружения в воздушное. Мой проводник молча плыл впереди, оглядываясь, указывал мне куда идти дальше. Дойдя до помещения с прозрачным окном, он остановился и указал мне на кресло, на которое наполз мой шар. Когда я уселся, вспыхнуло освещение снаружи. Мы стояли на дне. Скудная подводная растительность колыхала в такт водным течениям. Редкие рыбы, почти прозрачные, некоторые медленно переваливали через заросли водорослей, иные же быстро шныряли между ними. Конструкция поднялась с поверхности и сначала медленно, а затем, все более ускоряясь помчалась в водной среде. Скорость почти не ощущалась. Мы вырвались из воды и помчались вертикально вверх. Перегрузки оказались велики, я, почти, потерял сознание. Мы оказались в стратосфере. - Вы меня украли? - в шутку спросил я. - Да - невозмутимо ответили мне.

Побыл недельку дома. Как хорошо! И жены рады. Все работает слажено, кажусь себе лишним здесь. А из головы не выходит инопланетный водный житель. И его рассказы о множестве обитаемых планет. Я тэнгэри, даже, не слышал об этом. В других ипостасях все идет своим чередом. Восстание в 1930 году подавлено, не успев особенно развиться. Я пытался спасти несмышленых комсомольцев, но глупцы, вместо того, чтобы скрыться в лесу рядом, побежали через хребет, туда куда от них же ранее бежали ламы местного дацана. Это, в принципе, понятно. Этот путь знали давно, через него гнали контрабанду в Китай, бежали в Монголию еще во время реформ Витте. Там они попались на глаза тамошним повстанцам и были казнены. Орион с братом был арестован и расстрелян. Бато, мой аватар в том времяни, избежал ареста, поскольку избежал участия в восстании. Вступил в колхоз - избежал раскулачивания. Детей брата и сестры, которые, тоже, были задержаны и расстреляны, забрал себе на воспитание. Собрались кулаки - повстанцы, человек 30, на заимке у переселенцев, им раздали винтовки. Собрались ночью идти в улус, чтобы добраться к рассвету. Я полночи скакал туда, чтобы успеть предупредить комсомольцев, они были их первой целью. Сонные, казалось, пацанята собрались быстро, видимо, так у них было условлено на такой случай. Дождался, сидя на бугре, когда они на колхозных конях выйдут из поселения. Успели опередить повстанцев на несколько минут, кавалькада которых показалась на другом перевале. Комсомольцы помчались галопом. Повстанцы собрались у дома милиционера, и когда тот вышел полусонный, сразу выстрелили по нему. След комсомольцев уже простыл к этому времяни. Побузили недолго повстанцы: раздавали зерно, разбирали скот, устроили митинг, где заявили, что власть коммунаров свергнута. Прилетел грузовик погранцов с пулеметом. Одной очереди хватило, чтобы восставшие побросали ружья и сдались. Суд тройки был недолог. Почти всех расстреляли тут же за околицей и закопали в трех больших ямах, выкопанных самими расстрелянными. Вышел в астральное поле искать Ориона. “Эй, Братила!” - так я его всегда, в шутку, звал общим прозвищем бурят у местных русских. Зову его астральное тело. Ну, конечно! Где же ему быть? Над златом чахнет. Он его закопал в спешке неглубоко. Вот и переживал конечно, что кто-то найдет. Поэтому держался на этом свете из последних сил. Его прозрачная тень истощилась и была еле видна. Когда узнал меня, его круглые испуганные глаза покрылись доброй пеленой. "Не переживай, я куплю технику на твое золото: тракторы, сеялки, сепараторы." На том и порешили. Кому ему оставить свое богатство? Всю его родню расстреляли, детей и жен угнали куда-то. Конечно, если останусь жив, я помогу его оставшейся в живых родне, когда они вернутся на родину. Председателем колхоза выбрали совсем мальчишку. Откуда ему, никогда не владевшему и полудохлым теленком, знать в какую сторону крутить хвост у телка. А золото надо куда то сдать, я его решил пустить в дело развития колхоза. Ну, чем колхозники отличаются от батраков? Такие же безлошадники и лодыри. Чтобы достичь успеха мне было не важно куда пойдут барыши от моей деятельности. Если устроюсь в колхозе на первых ролях, а это более, чем возможно, золото и опыт сыграют свою роль. Баир, что жил на рубеже веков, не смог продолжить спортивную карьеру из-за плохого зрения, его не допустили на соревнования. Удары себе он поставил, да так, что научился ронять любого с одного удара. Надеюсь, что не пойдет по шаткому пути. Учится на экономическом факультете, учится хорошо. Есть планы по бизнесу. Да, я знал о нефрите. Но наладить сбыт оказалось не просто. Китайцы - скупные, что в 90е годы приезжали к нам еще не ценили этот камень. Их интересовали струя и желчь. Струя кабарги и желчь медведя, и еще лапы медведя. Пришлось заниматься этим. Галопирующая инфляция сьедала весь навар. Пусть идет все своим ходом. Вобщем, и там во мне не было большой нужды для вмешательства. Пойду, пообщаюсь с Ви-ви-ща-а, как назвала того подводного змея Алма Мэргэн.

Проснулся, потянулся, оглянулся. Бэлгэн стоит рядом снаряженный. - Долго ты спишь, хозяин. Обьявилась вторая рука Атай Улаана, зовется теперь он Шэрэм Минаата, что значит: С Чугунной Плеткой. Тэнгэри предупреждают тебя, что справиться с ним ты должен один. Твои богатыри не помогут. Чтож, справился с правой рукой, авось и с левой справлюсь. Бэлгэн доставил на место быстро. Стоит образина, с торчащим изо рта единственным клыком. Улыбается. Машет призывно рукой. Скачу навстречу, достаю лук, стреляю. Стрела отскакивает от него. Стреляю снова, целясь в пасть. Попадаю. Никакого эффекта. Выплевывает сломанную стрелу. Бэлгэн подпрыгивает выше деревьев, я взмахиваю своей серебрянной плеткой, Шэрэм подставляет свою чугунную и ломает ее. Бэлгэн приземляется ближе, я взмахиваю саблей и опускаю на шею ему - сабля, пробивавшая камни, рассыпается на мелкие кусочки. Спрыгиваю с коня, хватаю за его руки, чтобы поднять и бросить на землю и улетаю, как пушинка, за холм. Вот так дела! Зову Бэлгэна и смело скачу от него. - Скоро вернусь! - кричу, пусть боится. Дома встречает меня Алма Мэргэн. Рассказываю о своей неудаче. Отчитала меня жена. - Что же ты один туда поперся? Поверил в свою волшебную силу? Или не помнишь чье они порождения? Атай Улаана - верховного тэнгэри восточной стороны, главы сорока четырех великих воителей! - разбушевалась Алма Мэргэн. Понимаю, это она за меня переживает. Надо остановить ее, пока никто не услышал, как распекают великого Абай Гэсэра. - А скажи ка, жена, что за желтый змей к тебе приползает, пока меня нет? Успокоилась вмиг. Покраснела, побелела. И стала рассказывать о Ви-ви-ща-а, так звали того змея. Вобщем, это дела семейные, вас не касается. В конце, концов мы пришли к выводу, что не обойтись мне без помощи небожителей. Мудра моя верная жена! Хурмаста не отреагировал как я надеялся, мол, снарядили всем: и силой, и умом - так решай проблему сам. Может кто-то донес про мое недовольство тэнгэриями? Делать нечего. Иду к Манзан Гурмэ, тетушке моей любимой, что с детства нянчилась со мной. - Тетушка, родная! Вот отправили меня на землю биться со всем злом, не мной порожденным. Бился я со всякими мангутами, иногда казалось, что это последняя моя битва в этой жизни. Только память о Ваших наставлениях придавала мне сил и помогала победить врага. Отец раньше помогал, братьев отправлял на помощь. А сегодня сухо встретил и сказал, чтобы разбирался сам. А это порождение левой руки Атай Улаана неуязвимо. Видимо левша он был при жизни. Манзан Гурмэ отбивала в это время шерсть и молча протянула мне одну из хворостин. И все! Подъезжал я домой с прямой осанкой. А зайдя домой, сник перед Алма Мэргэн. Показал ей хворостину, что дала мне Манзан Гурмэ. - Это не простая вещь! Иди и бейся! Что делать, не на смерть же меня отправляет любимая жена. Хлестанул Шэрэм Манаата своей чугунной плетью по спине, а мне хоть бы что! Сзади была приторочена хворостина тетушкина, куда и попал удар. Я ее хватаю и подставляю под удар его плетки. Хворостинка цела! Теперь действую ею как саблей. Враг отступает. Слабеет. И умирает! Фух … . Подъезжаю к дому, навстречу дядя Саргал нойон. Радостный, конечно. Но начинает издалека с тонким намеком о буйном характере и недостойном поведении моих жен. Намекает на Алма Мэргэн. "Там, где мы ночевали, в долине, что от наших мест далека, плеть из красного тальника я забыл, оставил на пне, и пришлось поэтому мне возвратиться без плети к жене!" . Понял все Саргал, улыбнулся и побежал готовить праздничную встречу.

- Ты и так умеешь? - Скрывать мысли? Мы же тэнгэрии! - Да, любопытно! Я давно слежу за тобой, с самого рождения в этом теле. Видел, как ты разрывал клюв огромному ворону, как убил медведя. Мне нравится твоя чистая душа и чистые помыслы. Такого нет ни у людей, ни у зверей, ни у небожителей на этой планете. Я ощущаю внутри тебя миллионы сущностей. - Мы тэнгэрии - повторил я. - Вот это мне не понятно. Этого нет нигде во Вселенной. Ты существуешь в разных мирах? - Мир один. Мы тэнгэрии владеем времянем и пространством. Мы живем в этом мире, который считали единственным. - О, Вселенная бесконечна! В нем несчетное количество миров. А как ты управляешь таким количеством сущностей в одном сознании? - Все очень просто. Пока я нахожусь в этом теле, я пользуюсь теми возможностями, которое дает это время и пространство. - Ты покидаешь это тело? И что с ним становится тогда? - Я всегда с ним. Только в критические моменты включаю особые возможности, а в остальное время это тело живет самостоятельно, без сверхъестественных способностей. - Удивительно! А скажи … - Подожди, ты говоришь, что следишь за мной постоянно. Можешь ответить на один вопрос? - Конечно! - Ты видел мой последний бой? - Да. - Может, ты знаешь, кто был тот желтотелый змей, что задержал Орголи до моего прихода? - Это был я. - Он же погиб. Я видел своими глазами. - Мы не можем умирать. Если бы ты не прискакал, я бы ожил и снова в бой пошел. Я, лишь, ждал тебя. Этот дракон был особенно ужасен. Особенно в своих желаниях. Поэтому мне пришлось вмешаться и остановить его да твоего прихода. - Да, интересно. А наши небожители, опять, пустили все на самотек. - Да, их вмешательства я, тоже, ждал. Не дождался. Но стоять в стороне не мог, видя что он творит. Все равно, все чудеса примут на твой счет. Немного помог. - Вот оно что. А Алма Мэргэн причем? - И это ты знаешь? - Да. - Вобщем то, она не причем. Я ее знаю, тоже, с самого детства. Она же здесь выросла, у Уса Лосона, В море. Иногда мы общаемся. Да, что уж говорить, мы всегда на связи. - Она знала, что ты пойдешь перед нами? - Да. И она знает, что нам нельзя показываться ни людям, ни тэнгэриям. - Как я понимаю, мне нельзя никому рассказывать о вас? - Конечно. - Хорошо. Мне надо обдумать ситуацию. А сейчас, мне надо выспаться. Если я правильно понял, ты можешь этот пузырь вытащить на сушу? Можешь это сделать, когда я, наконец, высплюсь? - Конечно. - и я, снова, уснул.

Уса Лосон был рад моему визиту. Сажает справа от себя, на самое почетное место. Кушанья и питье у морского бога изысканы и обильны. Рассказал ему о битве с Орголи, о желтотелом Змее, бившимся с ним и погибшим. Поудивлялся Уса Лосон, но о неизвестном герое ничего не рассказал. Мои намеки о Алма Мэргэн остались без ответа. И понятно: какой же отец расскажет что-то навред своей дочери. Лишь, вскольз упомянул о четырех скрытых коварствах, которые можно превратить в благо для себя при помощи золотого посоха. Который он мне подарил на прощание. Ночевать не стал, засобирался домой. Выйдя из дворца, пройдя немного, оказался под толщей воды. В прошлый раз, когда я здесь в беспамятстве жил долгое время, такого не было, все было как на суше: солнце светило, птички летали, скот пасся. Толща воды была большой, солнца не видно, лишь высоко сверху еле отсвечивало. Но я не промок, был в воздушном мешке. Сделав шаг вперед и в стороны, понял, что воздушный шар следует за мной. Подпрыгнув, не имея опоры под ногами, оказываюсь снова на дне. Прыгнуть из него, чтобы попытаться выплыть на поверхность не получится. Я же не могу вцепиться зубами за воздух. Остается один выход: идти до берега по дну. Шел, пока не устал. По ощущениям - уже ночь. Что делать, когда ничего не можешь сделать? Поспать. Признаться, тишина и спокойная вода за стенами моего пузыря мне понравились. Спокойствие, вот что мне не хватало в последнее время. Мысли о женах, родителях, воинах и других людях, пока, меня не беспокоили. Все достаточно отлажено, вполне, они могут обойтись без меня. Нашел достаточно ровное место и лег поспать. - Человек! - кто-то пытается меня разбудить: Человек! Просыпаюсь с трудом. Не сразу ощущаю свое местонахождение. Мне комфортно, как будто я уже умер и ничто меня не тревожит. - Человек, ты уже спишь полсуток. Просыпайся. - голос не знаком. Он говорит, как человек. Вспомнив где я нахожусь, поверить в его человеческую сущность было невероятно. - Кто ты? - наконец, я проснулся. Кто может на такой глубине говорить со мной человеческим языком? Я понимал отчасти и язык рыб и морских зверей, но этот голос был другой. - А ты кто? - Я Гэсэр - сын небожителей. А сейчас нахожусь в теле землянина. - О, ты сразу понял, что мы не земляне? - это утверждение немного меня удивило. Имел то я ввиду жителя поверхности земли, человека. - Да - что мне оставалось сказать? - Удивительно! Но, тем проще будет. - Зачем вы меня разбудили? Я отдыхаю от земных дел. - угрозы я не чувствовал, но, все-же, опыт моей жизни подсказывал, что надо быть начеку и среди небожителей. Потихоньку собираю внутреннюю энергию. На всякий случай. - Не беспокойся сын небожителей. Мы не причиним тебе вреда. - Так, зачем вы меня разбудили? - “Это инопланетяне?” - промелькнула мысль. - А мы подумали, что ты сразу понял - немного разочаровано проговорило эхо. Да, этот голос был похож на эхо.: А нам нравится твое сравнение.- Как будто улыбнулся голос.- они слышат мои мысли!: Да, Гэсэр. - ах, вот почему мне этот голос показался эхом - я его слышал не ушами, а головой. - Конечно, как бы могли иначе говорить с тобой под водой? - Ладно! Так, для чего вы меня разбудили? - Мы давно на Земле. И я не разу не видел такой феномен и мне стало интересно. Долго ждал, когда ты проснешься. Подумал, что ты впал в летаргию. Вот и разбудил. - Так, ты из баловства меня разбудил? Ладно, пусть так. А почему ты в воде? - Наша планета вся из воды, поэтому мы и живем и здесь, на Земле, в воде. К тому же, здесь безопаснее, людей кроме подвластных Уса Лосону в воде никто не живет. Да, и они не совсем в воде. По межгалактическому кодексу, мы не входим в контакт со слаборазвитыми цивилизациями. - Это мы то слаборазвитые? - вырвалось у меня. Ведь я жил еще в другом времяни, где космос был давно обихожен. Но перед этим мне удалось поставить заслон их восприятию моих мыслей.

Возвратились домой, нас встречает дядя Саргал с недобрыми вестями: на границе его владений появился Орголи, огромный дракон, пожирающий все на свете. Тайга, с вековыми деревьями, которые особенно берег дядя Саргал для постройки кораблей, на которых он торговал с Японией, стали пожираться Орголи со всем его обитателями. Приграничные поселения подверглись его нападению. Не торопит дядя, видит, что вернулись мы из далекой дороги. Орголи, узнав о моем долгом отсутствии решил воплотить намерения Атай Улаана отомстить за Гал Нурмана, и, особенно, за его неродившегося сына, разорив мою страну. Орголи выродился из его правой руки, и крепнет день изо дня, увеличиваясь в размерах. Надо спешить. Собирались мы быстро, никто из моих богатырей не отказался, с нами собрались в путь и оба моих дяди. Особенно тщательно собирала в дорогу самая капризная жена, Алма Мэргэн, что несколько меня озадачило. Что-то было в ее глазах. Что-то знала она или подозревала, но не решилась мне высказать. Приеду - разберусь. Путь был не долог. Сразу за владениями Саргал нойона начиналась тайга. Только не узнать ее. Трава пожухла, деревья высохли, ручьи измельчали, не видно ни одного зверя таежного. Что-то мне послышалось. Включил острый слух и острое зрение. Вижу пыль вздымается, а из-за пыли просматривается бой. Клубок из огромных змееподобных тел. Плохо видно из-за пыли. Предупредив дядьев и богатырей, даю ускорение Бэлгэну. На скаку вижу, большой желтобокий змей и дракон бьются. Змей трижды обернулся вокруг шеи дракона и впился в правый его глаз. Вокруг них закрутился воздух, поднимая деревья и камни. Смерчь скрыл их. Заметил, только, как дракон схватил когтистыми лапами змею и разорвал ее тело на мелкие куски. Кто был этот герой, вставший на пути дракона Орголи? Кто не позволили разрушить нашу землю до моего возвращения? Вспомнился потупленный взгляд моей вредной Алма Мэргэн, вспомнилось, что до меня у нее был какой-то ухажер из западных тэнгэриев. Вернусь, воздадим должное герою, во всех его поступках. Смерчь завертел меня вместе с конем и я залетел в пасть Дракону. Успел воткнуть копье в корень его языка и упер в небо. Подскакали мои бойцы. Кто с лука стреляет, кто меч расчехлил. Саргал с разбегу вскочил на спину дракона. Только Хара Зутан панику поднял, “Проглотил Гэсэра дракон, а без него нам не справиться. Бежать надо по добру, по здорову.” Развернул коня и дал деру, с ним еще три человека. “ Стой - кричит сверху Саргал: мы с Гэсэром пришли, С Гэсэром и умрем!” "Ты, там, дядя не сильно тыкай сверху мечом, ведь проткнешь и меня заодно - кричу я внутри дракона: И вы, ребята, не слишком стреляйте, стрелы насквозь пролетают, и меня пронзите! Я уже, почти, добрался до сердца дракона, до его души!" А самому не до смеху. Темно, тесно, скользко и мышцы у дракона внутри своей жизнью живут, сопротивляются. Тут и серебряная плетка моя пригодилась. Светится в темноте и хлещет, как из брандспойта очищает путь. Вот и до груди добрался. Где-то сердце у него. Там ли душа? Разрубаю сердце. Повезло - все как у людей у него. Так и испустил дух. А с последним его выдохом и я вылетел из него, как пробка из шампанского. Вернулся Хара Зутан. Не знает куда глаза девать от стыда. Чтобы отвлечь и загладить вину, велел ему содрать шкуру с дракона и разрубить на части, чтобы раздать людям, пострадавшим от него. Рьяно он взялся за дело, вместе с тремя трусами, последовавшими за ним. Каждому свое дело, не всем же быть героями. Все сделал как надо, освежевал, разрезал, роздал людям, себя не обидел. Правда, про меня забыли. А мне и не надо. Другая мысль не дает покоя. Поеду-ка я к тестю, Уса Лосону. Проведаю его.

А жил Гал Нурман в прекрасном дворце, не в голом поле, как казалось должен жить разбойник. А во дворце том жила его наложница Галдай Гоохон, как царица. Красив был дворец, ухожен, разукрашен. А краше всего была его хозяйка, что встретила нас приветливо, будто ждала. Красива, как солнце в зените, как лебедь на глади моря, как одинокий цветок среди темной таежной глуши. Воины мои были очарованы все поголовно. И стар, и млад; и холостой, и женатый; и мой брат Заса Мэргэн подбоченился, готов жену дьявола увести в свою юрту на небесах. А она умеет психически атаковать! Сначала я почувствовал вселенскую тоску. Чувство одиночества, да так, что хотелось звать маму навзрыд. И где? Когда вокруг меня толпа радостно возбужденных людей? Зайдя, увидел ее, Галдай Гоохон, которая лишь провела по мне рассеянным взглядом. Что это? Любовь с первого взгляда? Захотелось бросить все и кинуть к ее ногам. Все сокровища, Родину, мать… Не будь я сыном бога, не будь я мужем богини, лежать бы мне у ног красавицы влюбленным дурачком и считать это высшим счастьем, наивысшим блаженством. А мои воины хоть и великие богатыри, да не искушены они в женском коварстве и подвержены колдовским внушениям. Ведь поубивали бы друг друга из-за этой ведьмы. Хватаю саблю и разрубаю ее пополам. - Что ты сделал? - врывается Заса Мэргэн: Зачем ты ее убил? Я бы победил в честной борьбе твоих богатырей и Галдай Гоохон стала бы моей! Не брат ты мне теперь, не буду с этих пор помогать тебе! Если бы не я, лежал бы ты сейчас разрубленным под землей! Послышался писк, и из разрубленной матки вывалился неродившийся шестимесячный зародыш и защипел: - Не успел я родиться. Недоношенным вы меня из чрева освободили, - себя жалко. Красивую женщину вы пополам разрубили, - мать жалко. Гал-Нурмана преждевременно вы убили, - отца жалко. Если бы родился я, когда полагается, затравил бы тебя, как серого зайца. Одной бы рукой тебя бы я сжал, в кулаке раздавил бы в избытке силы. Вот почему теперь мне жалко, что мать меня в чреве не доносила. Но вы не радуйтесь раньше времени, все равно я вырасту и вам отомщу. - Пожалуй, прав ты оказался, брат - окончательно проснулся от чар Заса Мэргэн: если бы ты ждал, когда наберешься сил, как судьбой было порешено, великие беды бы обрушились на землю от отпрыска Гал Нурмана. Вынимает саблю и бьет по дьявольскому отродью. Сабля ломается в дребезги. Колет копьем - скручивается копье. Отошли от чар дьяволицы и мои богатыри, стали вместе пытаться покончить с неродившимся дьяволом. Тщетно. Тот только шипит и грозит расправиться со всеми, когда вырастет. Пришлось пригласить небесных кузнецов. И пока они разжигали горн, настраивали меха, раскалили дьяволенка до бела и ковали его до размеров крупинки, все шипел он, все грозился. Вот он прошипел угрозы в последний раз и растворился.

Процветает моя страна Поющего Жаворонка. Кони упитаны, скот плодовит, земля родит. Люди радуются солнцу и дождю, морозу и весне. Воины тренируются, охраняют покой возросшего населения. Жены мои цветут. Дяди приняли мое начало и богатеют. Что еще нужно хану? Знаю, что не все беды на земле уничтожены. Только рано мне еще. Не окрепли еще крылья для дальнего полета, не окрепли кости еще подобно железу, взор еще не видит сквозь горы. Прискакал гонец из далекой страны. Гал Нурман превратившийся из шейного позвонка Атай Улаана разоряет страну Ганга. Да, я был оповещен небесами о нем, меня известили о его силе. И тэнгэрии запретили выходить на бой с Гал Нурманом, который силен меня в два раза, не сдюжить с ним. Пришлось попросить подождать посла из страны Ганга немного, пока не наберусь сил. Годков, так, десять. Толпой собрались мои богатыри и командиры, зашли во дворец. - Как же так? Хурмаста тэнгэри под своим покровительством держит их, как же после этого им не помочь? Им вторит дядя Саргал нойон. “Эх, рановато, слабоват я против него. Ну, придется идти, уважение же не терять перед собственным войском, И дядя тут не кстати. Далеко страна Ганга, может быть по дороге наберусь сил. Решено. Идем.” Ехали долго. Ночью взобрались на хребет перед страной Ганга. Вижу как перед глазами костров, как звезд в небе. Днем увидели, вся степь в юртах не так , как у нас. Скотина - как муравьи разбрелись, люди как мошки разлетались. На берегах реки нет свободного места. Большая и многолюдная страна. И войск много. И воины мои убедились в моей правоте. Спускаться в долину на бой, значит проиграть эту войну. Надо выманить противника в теснину, в горы. Здесь силы уравновесятся немного. Что же, постоим наверху, в горах. Надо заманить противника, кстати и провиант похудел. Отправляю воинов на грабеж, за скотом. Прошло немного времени, как пожаловал сам Гал Нурман в гости. Ведет себя не вызывающе, но уверенно. Видать, знает расклад сил. Почему же не напал сразу? Раз гость приехал с миром, придется вести переговоры. Гал Нурман учтив. Можно подумать, что это не тот , что обрел на смерть эту страну. Что не он наводит на нее мор и прочие беды, о чем красочно пел посол. За трапезой из их же мяса, запивая кумысом от их же лошадей ведем неспешную беседу. - Зачем нам воевать? Твои земли далеко за этими горами, мне и здесь работы много. И не собирался я переваливать хребет, и идти на земли, где юрты стоят друг от друга в дневном переходе. А здесь посмотри, лачуги прижались так близко, что и два всадника не разъедутся. Зачем же ты пришел воевать? Что тебе нужно скажи, может быть я тебе все отдам и без войны? Может и поверил бы я вождю противника, только знаю, что он порождение самого Атай Улаана. А они не могут жить, если не будут вредить людям. Что же, если повоевать не получается, организуем поединки между богатырями. Все лучше, чем проливать кровь. Выходят бойцы на борьбу. И мои богатыри смелы и натренированы, и воины Гал Нурмана отважны и боевиты, борются на равных один на один. Только войск у противника вдвое больше. У кого-то нервы не выдержали и засверкали сабли. Мой богатырь срубил голову сопернику, прискакал и кинул отрубленную голову к ногам Гал Нурмана. Рассвирепел Гал Нурман, и я не сильно успокаивал. Не отдам же на суд ему моего человека. Кинулся на меня. Силен противник, не уступаю, но силы не равны. В это время, на небе, случайно, двое малышей играя, заглянули на землю, передали увиденное Хурмасте. Отец мой небесный попросил у Манзан Гурмэ изумруд размером с голову коня, что пробивает любое препятствие и дал его моему брату Заса Мэргэну и отправил на землю в помощь ко мне. Гал Нурман уже вбил меня по колени в землю, потом по пояс, а потом и по горло. Увидел это Заса Мэргэн и, прямо с неба кинул изумруд, поскольку подскакать не успевал. На мою удачу, изумруд попал прямо в третий глаз на лбу Нурмана, и он околел. Увидев смерть своего предводителя и его войска, казалось уже побеждавшие, прекратили воевать.