— Вот, Галина тоже за вырубку подписалась, — Максим поднял лист перед соседями и ткнул пальцем в мою фамилию. Я стояла возле подъезда с сумкой продуктов и сначала даже не поняла, о чём он говорит. Подпись была моя, настоящая. Только разрешения уничтожить сирень я никому не давала. Наоборот, каждую весну ухаживала за клумбой под окнами. — Максим, покажите, пожалуйста, что именно я подписала, — попросила я, поставив сумку на скамейку. Он повернул лист к себе. — Ну что тут смотреть? Вы же согласились...
Галина Викторовна
«Нам без козырька никак», — сказал хозяин магазина, пока рабочий крепил водосток прямо под моим окном
Строитель стоял на лестнице прямо под моим балконом и сверлил стену. Рядом уже приложили металлический козырёк, который должен был закрыть вход в угловой магазин. Я выглянула и увидела, что крепления намечены почти у края моей балконной плиты. За пятьдесят восемь лет я привыкла к разным ремонтам, но чтобы внешний вид нашего дома меняли без единого разговора с жильцами — такого ещё не было. — Подождите, пожалуйста! Кто разрешил здесь крепить? Мужчина выключил дрель и посмотрел наверх. — Хозяин магазина...
«С собакой на улицу я больше не выйду», — сказал сосед, пока его пёс перекрывал мне дорожку во дворе
Пёс рванул к газону и натянул поводок поперёк дорожки прямо перед моими ногами. Я остановилась с двумя тяжёлыми пакетами, а его хозяин даже не повернул головы. — Виталий, придержите собаку! Мне пройти нужно! — Да проходите, он не кусается. Мне пятьдесят восемь лет, и я не собиралась проверять это с сумками в руках. Тем более что дорожка была единственным нормальным проходом от калитки к нашему подъезду. Пёс стоял на газоне, упираясь передними лапами в землю. Поводок тянулся от его ошейника до руки хозяина, словно верёвка, которой перегородили двор...
«За калитку платят все», — сказал сосед и потребовал ещё 4200 рублей, хотя мне к ней не пройти
Владимир положил передо мной второй листок со сбором за ограждение. На этот раз деньги требовались за калитку у торца нашего дома. — С вас ещё четыре тысячи двести, — сказал он. — Все одинаково сдаём. Я посмотрела на сумму. Первый взнос я уже заплатила, а до новой калитки даже дойти нормально не могла: с моей стороны туда вели крутые ступени. И платить за чужое удобство второй раз мне совсем не хотелось. — Подожди, Владимир. За что именно эти деньги? Он удивился так, будто я спросила, зачем вообще дому забор...
«К субботе яблони чтобы не было», — потребовал сосед, хотя сам перенёс бельевую верёвку под её ветки
— К субботе чтобы яблони не было, — сказал Роман, стоя у нашего забора. — Я уже с человеком договорился. Он показал рукой на дерево, которое росло на моём участке больше двадцати лет. До сбора яблок оставалось совсем немного. Я специально освободила выходные, чтобы снять урожай, а сосед теперь требовал спилить яблоню целиком. — Подождите. Вы с кем договорились? И почему решили, что можете распоряжаться моим деревом? — Потому что оно мне жить мешает. И ждать я больше не собираюсь. Я поставила корзину на землю...
