О чём молчат подруги

Меня зовут Виктор. Мне 48 лет. Я водитель такси, работаю в городе уже 7 лет. Живу один в однушке, в хрущёвке на окраине. Жена ушла 6 лет назад, детей нет. Родители умерли. Короче, один как перст. Думал: состарюсь — даже стакан воды некому будет подать. И решил взять ребёнка из детдома. Не младенца, а пацана постарше, чтобы уже было с кем поговорить, в футбол погонять. Прошёл курсы приёмных родителей, собрал справки. Детдом наш городской, на выезде. Там мне показали Серёжу. 9 лет, худой, глаза серые, волосы русые...

Меня зовут Ольга. Мне 44 года, и я продавщица в магазине «Продукты» на первом этаже нашего дома. Город у нас маленький — 50 тысяч жителей, все друг друга знают. Живём в двушке с мужем Сергеем. Поженились 11 лет и 2 месяца назад. Детей не случилось, да я уже и не жалею. Работа у меня сменная, зарплата 25 тысяч, у него — 40, он грузчиком на складе. Снимали ипотеку — выплатили 3 года и 5 месяцев назад. Жили тихо, ссорились редко. Всё изменилось, когда мама заболела. Татьяна Васильевна, 67 лет, рак поджелудочной...

Я сварщик, пятый разряд. Работаю на заводе «Красный пролетарий» уже 14 лет и 3 месяца. Живём с женой Надей и дочкой Ленкой в панельной девятиэтажке на окраине. Квартира — трёшка, но по факту пользуемся только двумя комнатами, третья завалена барахлом. Дом старый, 1978 года постройки, лифт воняет мочой, а на первом этаже вечно кто-то пьёт. Всё было нормально, кроме одного. По ночам из стены между кухней и ванной слышен шёпот. Не каждый день, но регулярно. И скрежет такой, будто кто-то ногтями по стеклу...

Я всегда считала, что неудачи преследуют меня по пятам. Но тот день побил все рекорды. Собеседование в «СтройПроект» — мою компанию мечты, куда я слала резюме три года, — было назначено на десять утра. Я встала в шесть, чтобы успеть привести себя в порядок, перепроверила документы, надела свой лучший костюм, который купила специально для этого дня, и вышла из дома с чувством, что наконец-то всё идёт по плану. План рухнул в кафе у метро, куда я зашла выпить кофе, чтобы успокоиться. Я стояла у стойки, заказывала капучино, и вдруг кто-то толкнул меня сзади...

Я разбирала гараж отца спустя 15 лет после его смерти. Руки не доходили, всё было недосуг. Мама умерла раньше, я осталась одна, гараж так и стоял заколоченный, как музей, где время остановилось. Но дом надо было продавать, и я наконец решилась навести порядок. Гараж был забит инструментами, старыми журналами, канистрами. В углу стоял допотопный магнитофон «Маяк» и коробка с кассетами. Я хотела выкинуть всё, но рука замерла на одной из них. На этикетке было написано: «Для Лены». Моим именем. Почерк отца...