С чистого листа. Мистика, фэнтези

Лес разомкнул гнилые челюсти, выплюнув их в самую сердцевину Изнанки. Глухое Урочище обрывалось здесь. Деревья вокруг выцвели до белизны старых костей, их голые ветви царапали низкое, набрякшее сажей небо. Впереди расстилалась широкая прогалина, затянутая тяжёлым маревом. Начало истории Змеиный камень — лоснящийся базальтовый валун — торчал посреди булькающей хляби. Воздух здесь загустел, раскалился, оседая в лёгких кипящим воском. Смердело тухлой болотной водой и старой, запёкшейся кровью. На чёрном алтаре, раскинув руки, лежала Мила...

Дальше Изнанка менялась. Гнилое Урочище отступило, сменившись бескрайней, удушливой пустошью. Под ногами чавкала вязкая торфяная каша. Тропа стала узкой, прерывистой, словно магии Топи здесь было тяжело дышать. Начало истории Верес замедлил шаг. Его лицо оставалось бесстрастным, но Яра заметила, как напряглась его спина, как тонкие ноздри едва уловимо втягивали воздух. Запах грозы вокруг Хозяина усилился, пространство искрилось почти осязаемым напряжением. Впереди, сквозь клочья тумана, проступили очертания старой заимки...

Гнилое Урочище дышало смертью. Изнанка здесь казалась ещё более плотной, осязаемой. Деревья сплетались мёртвыми ветвями так низко, что приходилось пригибаться. С ветвей свисали клочья бурой, похожей на запёкшуюся кровь, паутины. Воздух стоял неподвижно, густой и липкий. Начало истории Яра шла впереди. Страх, который ещё утром заставлял её дрожать, выгорел, оставив после себя сосущую пустоту и ледяной рассудок. Она научилась не обращать внимания на шепотки теней и на то, как кочки под её ногами иногда издавали сдавленные стоны...

Пробуждение было похоже на всплытие со дна заиленного, ледяного омута. Яра открыла глаза и не сразу поняла, почему зубы больше не выбивают дробь, а кости не ломит от стужи. Она лежала на влажном, пружинящем мху, плотно укутанная в тяжёлый кафтан Вереса. Ткань по-прежнему пахла холодной грозой и сырым торфом, но этот запах больше не казался ей чужеродным — он пропитывал лёгкие, оседал на корне языка горьковатой, дурманящей свежестью. Начало истории Девушка медленно села, сбрасывая кафтан, и прислушалась к себе...