Гид по долголетию

Нина с остервенением оттирала губкой кафель на кухне, пытаясь отмыть застарелый жир. Она всегда бралась за генеральную уборку, когда на душе скребли кошки, словно выметая вместе с пылью свои тревоги. Муж, Сергей, сидел в кресле. В последнее время он вел себя отстраненно: то молча смотрел в телевизор, то уходил на балкон с телефоном. Нине было не до его капризов. Последний год выдался тяжелым, проблемы наваливались снежным комом. Сначала закрыли фабрику, где она проработала двадцать лет, пришлось устроиться уборщицей за копейки...

— Проходите, мышата, разувайтесь! — бодро скомандовал Павел, подталкивая в спину семилетних двойняшек. — Мам, мы на неделю махнем за город, отдохнешь с внуками! В прихожую моей скромной двушки в хрущевке полетели два цветастых детских рюкзака. Один плюхнулся прямо на мои выходные туфли. Следом ввалилась невестка Марина. На ней были модные светлые брюки и огромные солнечные очки, хотя на улице накрапывал типичный осенний питерский дождик. Антон и Полина, даже не сняв курток, с визгом понеслись в зал...

В богатой и неисчерпаемой психологии жизненных отношений существует один феномен, который не перестает меня удивлять, сколько бы лет мне ни было. Это поразительная, феноменальная скорость, с которой некоторые мужчины, которых в народе метко называют «примаками», наглеют, оказавшись на женской жилплощади. Вы пускаете человека в свой дом по доброте душевной, выделяете ему полку в шифоньере и место для бритвы в ванной, а уже через месяц он начинает ходить по вашей хрущевке походкой барина, критиковать борщ и вести себя так, словно это он лично получал ордер на эту квартиру в советские годы...

— Я тут тетрадь для раздельного бюджета завел, расчертил уже все, — голос Сергея звучал непривычно деловито, с какой-то хозяйской ноткой. Я замерла у плиты, прижимая к груди полотенце и глядя на булькающий в кастрюле борщ. На кухонном столе лежала толстая тетрадь в серой обложке, разделенная жирной шариковой ручкой на две колонки: «Сергей» и «Галина». Эта тетрадка выглядела как издевательство над нашими тридцатью годами совместной жизни. — Сереж, я что-то не пойму, — медленно произнесла я, убавляя огонь под кастрюлей...

Короткий вибросигнал смартфона дребезжащим звуком отдался от гладильной доски. Валентина проглаживала влажную наволочку. Она не стала отставлять тяжелый утюг. Просто смахнула уведомление на экране свободной рукой. На дисплее высветилось системное окно от мобильного банка. «Попытка перевода по номеру телефона. Для подтверждения операции введите код...» Она замерла. Сберегательный счет у нее был только один. Тот самый, на черный день. Там лежали деньги, оставшиеся после продажи старого родительского дома в деревне...