Про семью

— Мам, мы через двадцать минут будем, — сказал Андрей. Ольга прижала телефон к уху и посмотрела на раскрытый чемодан. На кровати лежали тёплая кофта, купальник, удобные брюки и новая книга, которую она специально оставила для поездки. Через час за ней должна была заехать подруга. Они собирались провести выходные в небольшом загородном доме возле озера. Без мужей, детей и обязательных разговоров о том, кому какие таблетки назначили. — Кто «мы»? — спросила Ольга, хотя уже догадалась. — Я и дети. — Андрей, я сегодня уезжаю...

— Тогда больше никогда меня ни о чём не проси, — сказала мать и положила трубку. Анна ещё несколько секунд держала телефон возле уха, хотя разговор уже закончился. На кухне плакал трёхлетний Миша. Муж пытался его успокоить, но ребёнок звал бабушку...

— Ты стала какой-то мелочной, — сказал Сергей, когда Марина попросила его перевести половину денег за коммунальные услуги. Он произнёс это спокойно, даже немного устало. Так говорят с человеком, который снова не понял чего-то очевидного...

Когда Марина впервые пришла ко мне, она несколько раз повторила одну и ту же фразу: — Наверное, со мной действительно тяжело. Она говорила это спокойно, почти без эмоций, будто давно привыкла считать собственную чувствительность недостатком характера. Марине было тридцать семь лет. Она двенадцать лет жила в браке с Андреем, воспитывала девятилетнего сына и работала бухгалтером в крупной компании. Коллеги считали её собранной и надёжной. Друзья часто обращались к ней за советом. Она редко повышала голос, не любила конфликтов и старалась сначала разобраться в ситуации, а уже потом делать выводы...

Когда Алина впервые пришла ко мне, она долго не могла объяснить, в чём именно заключается её проблема. — Наверное, я просто слишком закрытая, — сказала она. — Мама всегда так говорит. Ей было двадцать девять лет. Она работала в небольшой компании, жила отдельно, самостоятельно оплачивала квартиру, редко просила кого-либо о помощи и почти никогда не рассказывала близким о своих переживаниях. Со стороны это могло выглядеть как независимость. Но за этой независимостью скрывалось постоянное напряжение...