Елена Великанова — мама и жена

В ту пятницу я купила две форели, хотя терпеть не могла выбирать мелкие кости. Уложила их на противень, нарезала лимон. В семь без четверти переоделась в платье, в котором раньше ходила на работу, а теперь берегла непонятно для чего. Игорь обещал заехать за зимними шинами. Они стояли на балконе с осени. По телефону он сказал, что освободится к семи. Восемь месяцев назад муж ушёл к другой женщине, а я всё ещё могла потратить полдня на ужин для человека, который собирался забрать четыре колеса. Рыба уже подрумянилась, когда запел телефон...

В пятницу вечером Роман задержался у порога дольше обычного, долго перебирал связку ключей в кармане куртки и так и не снял ботинки, пока я не вышла в темный коридор. Двухлетний Митя возился на ковре в большой комнате с деревянным грузовиком, катал его по вытертому ворсу и что-то тихо гудел себе под нос, укладывая в кузов спичечные коробки. Роман бросил беглый взгляд на сына, потом на меня. В его лице появилось то напряженное, острое выражение, с которым он последние два месяца возвращался со своей базы стройматериалов...

Почтовое уведомление о задолженности на восемьсот сорок тысяч рублей лежало на обувной полке прямо поверх моих рабочих квитанций. Я вернулась из бухгалтерии завода в начале седьмого, сняла пальто и сразу увидела эту бумагу с красным штампом банка...