ЭТНОГЕНРИ

Он увидел её впервые на одной деревенской свадьбе. Она была сестрой невесты. Стояла в сторонке, у берёзы, и смеялась чему-то — негромко, не напоказ, а как смеются люди, которым хорошо внутри. На ней было голубое платье в белый горошек — простое, ситцевое, но сидело так ладно, будто на неё шили...

Мать родила пятерых. Всех — в деревенском доме, с бабкой-повитухой, без врачей и роддомов. И всех выходила, выкормила, на ноги поставила. Одна. Отец погиб на лесозаготовках, когда младшему года не было — сосна упала не в ту сторону...

Инга всё сделала правильно. Так ей говорили. Родители, подруги, глянцевые журналы, сама жизнь. Сперва — образование. Потом — карьера. Потом — брак. И не абы какой, а с перспективным мужчиной, который к тридцати пяти уже имел свой бизнес, две квартиры и планы на третью...

Дима был тихий. Не робкий — именно тихий. Говорил мало, смотрел внимательно, думал долго. Девушки таких не очень жалуют в молодости. Им надо, чтоб с песней, чтоб с шуткой, чтоб на мотоцикле и ветер в лицо...

Марина была городская. Коля — деревенский. Она училась в пединституте, на третьем курсе, подавала надежды. Он приехал в город на заработки — шабашил с бригадой, крыли крышу на общежитии. Она проходила мимо с подружками...