Елена Матвеева

— Сегодня дети у бабушки. — Да ладно? Серьёзно? — Серьёзнее некуда. В этот момент мы с мужем посмотрели друг на друга так, как будто нам снова по двадцать, а не «кто выносил мусор в последний раз». Я говорю: — Слушай… может, фильм посмотрим? Он: — Конечно. Пауза. Он: — Или… не только фильм. Я: — Ну, можно и не только фильм. Свечи. Плед. Тишина. Никто не кричит «мамаааа». Никто не ищет носок. Я даже сказала: — Слушай, как тихо… Муж: — Мне даже страшно. Щёлк. Звук ключа в двери. Я: — Ты дверь закрыл? Муж: — Закрыл… вроде… Щёлк...

Когда он написал: — Давай погуляем вечером. Я ничего не подозревала. Но потом последовало уточнение: — Только не в кафе. В кафе сидят только содержанки. Нормальные девушки гуляют. И вот тут я поняла: передо мной не просто мужчина, а кандидат на роль героя программы «Жизнь на грани». Он хотел меня испытать не на терпимость к холодному сердцу, а на настоящие морозы. Когда другие девушки выбирают платья, я выбирала: Да, я была готова не просто к свиданию, а к настоящему тесту на выживание. Он пришёл в: — Джинсах, в которых вообще не выжить при -25...

Есть вещи, к которым я отношусь с подозрением. Например, фраза: — «Да я вообще унитаз почти не чищу — он сам чистый». Так сказала моя свекровь. И сказала с таким спокойным лицом, будто речь шла о погоде. Я, как человек, который регулярно воюет с известковым налётом, мысленно усмехнулась: — Ну конечно. Сам чистится. Наверное, по ночам. Но однажды я оказалась у неё в гостях и… заглянула в санузел. И вот тут шутки закончились. — Он у меня уже десять лет, — спокойно ответила свекровь, заметив мой слишком долгий взгляд...

Килограмм семечек — звучит безобидно. Пока не попробуешь почистить их вручную. Я уже на первой горсти поняла: если продолжу по‑старинке, вечер закончится чёрными пальцами, шелухой по всей кухне и вопросом «зачем я вообще это купила»...

Иногда семейные разговоры начинаются так спокойно, что ты сразу понимаешь — сейчас будет что‑то странное. Мы сидели на кухне. Я пила чай. Муж ковырялся в телефоне с видом человека, который готовится озвучить гениальную мысль века. — Мне кажется, нам нужно пожить… гостевым браком, — сказал он наконец. Я даже не сразу поняла. — В смысле? — Ну… — он замялся. — Мне хочется свободы. Пространства. Чтобы каждый сам по себе. Я кивнула. — Логично, — сказала я. — А дальше? Он оживился: — Ну я могу иногда приходить...

Эта история началась с обычного подъездного разговора. Я выходила выносить мусор с банкой капусты в руках (да, бывает и такое), когда соседка Нина Петровна прищурилась и спросила: — Опять мягкая? — Опять… — честно призналась я. — Вкус есть, а хруста — ноль. Нина Петровна усмехнулась так, как умеют только люди, которые 40 лет квасят капусту без единого провала. — Пойдём. Сейчас покажу, как надо. Запоминай, второй раз повторять не буду. Первое, что сказала соседка, доставая кочаны: — Не вся капуста годится...

Бывший муж прислал мне Excel-таблицу. Не сообщение. Не «привет, как дела». А файл. Тот самый — с зелёным значком, от которого у нормальных людей дёргается глаз и вспоминаются отчёты, дедлайны и фраза «а можно до вечера поправить?». Я сначала решила, что он ошибся адресатом. Может, бухгалтеру. Может, в налоговую. Но нет. Сообщение было коротким и предельно деловым: «Прошу вернуть стоимость подарков за 5 лет брака с учётом инфляции. Таблица во вложении». Без смайликов. Без восклицательных знаков. Без души...

«Не мешай, я в танки играю!» — что я сделала... Эта история произошла со мной. Обычная, бытовая, до боли знакомая многим. Суббота. Я, как всегда, «быстро забежала в магазин» — а вышла с пакетами, которые по весу напоминали жизненные решения, принятые без должного анализа. Картошка, порошок по акции «возьми три — почувствуй себя грузчиком», и арбуз. Огромный. Зачем — не знаю. Но без него было нельзя. Поднимаюсь на этаж, останавливаюсь у двери, руки отваливаются, настроение тоже. Пишу мужу: — Саш, выйди, пожалуйста, помоги...

На годовщину свадьбы муж подарил мне сковородку. Не украшение. Не цветы. Не поездку. А сковородку. Хорошую, тяжёлую, с антипригарным покрытием. Практичную. Такую, знаете, «чтобы на века». Он протянул её с гордостью человека, который уверен: сейчас будет восторг, аплодисменты и, возможно, я даже всплакну от счастья. — Ты же хотела новую, — сказал он. И формально… да. Хотела. Старая уже всё: блины к ней пригорали, как к бывшим отношениям, а яичница пыталась сбежать при первой возможности. Но, честно говоря, в день годовщины я почему-то мечтала не о кухонной утвари...

Меня позвали «на шашлыки». С кавычками — но я тогда этого не поняла. Позвонили родственники бодрым голосом: — Приезжайте к нам на выходные! Шашлычки, свежий воздух, посидим по‑семейному! После рабочей недели это звучало как музыка. Я уже мысленно видела мангал, дымок, плед, чай в кружке и разговоры ни о чём. Даже специально ничего не планировала на выходные. Мы собрались, поехали. С собой — хорошее настроение, продукты и искренняя вера в людей. Приезжаем. Нас встречают радостно, обнимают, улыбаются...

Я была в декрете. По версии мужа — в отпуске. Знаете, есть такая удивительная категория людей, которые уверены, что декрет — это что-то вроде санатория: лежишь, ешь печеньки, смотришь сериалы и иногда умиляешься ребёнку, как котику из интернета. Желательно ещё в чистом халате и с укладкой. Я тоже так думала… до декрета. Реальность оказалась другой. Очень бодрой. Особенно по ночам, когда ты вроде бы спишь, но на самом деле просто лежишь с закрытыми глазами и прислушиваешься — дышит ли ребёнок, не проснулся ли, не дай бог, слишком тихо...

Прежде чем порассуждать на эту тему, расскажу историю: с подругой отдыхали за границей в теплой стране, через 2 дня познакомились с двумя девушками с соседнего города, сидели за столом, отмечали их приезд. Моя подруга обращаясь к одной из девушек сказала, а сколько лет твоей маме? Имея в виду ее подругу, а мы не знали кто они друг другу, подруги, сестры, мать и дочь...Действительно одна девушка выглядела намного моложе, чем другая. Потом выяснилось, что они одноклассницы, выросли в одном дворе, вместе ходили в детский сад, а потом в школу...